Густав Барта - Венгрия за границами Венгрии

Так сложились обстоятельства, что Лили, точнее ее тетку и воспитательницу, мы знали давно: в молодости она была очень похожа на Лили, и я, будучи студентом и сотрудником литературного журнала «Уй симпозион», часто видел ее в Нови-Саде с мужем, врачом-алкоголиком. Они жили в угловом особняке с железным человеком над процветавшими в ту пору кафе «Гурман» и «Загреб», и нередко сиживали внизу. Звездица, так звали тетю Лили, всегда была отлично одета, ухожена и потрясающе красива, так что я иногда ее путал с Лили. Каким-то образом, может, в курортный сезон, она познакомилась с Хедвиг Варна и стала регулярно приезжать в Канижу, судя по всему, она тоже питала склонность к собирательству хламья. Но вот кто был самым настоящим, классическим собирателем, так это Боро Агбаба, парижский помоечник, с которым потом сошлась Хедвиг; Рузо и Розетта много мне об этом рассказывали: Розетта держала с одним чехом антикварную лавку возле Лувра.

В это время, как уже говорилось, на террасу прибыли Томо с женой. Они всегда очень рады Розе. Для них естественно, что пустую (в метафизическом смысле), однообразную жизнь курортного городка Роза оживляет очередной сенсацией. Как я уже сказал, они тут же накинулись на газету, о Лазаре Томо весьма невысокого мнения, но не потому, что тот наркоман и педик, всегда добавляет Томо. А вот Б.О. (40 лет) он всегда хвалил. Томо описал «Гаруда санкью»: там была сеть через весь зал, яркая подсветка, а сзади Б.О. (40 лет) смешивал напитки, прямо как в фильме про доктора Мабузе… Меланья громко прочитала все три страницы, потому что Томо не взял очки.

Лили категорически отрицает, что Б.О. (40 лет) собирался отрезать половой орган (polni organ) из-за небольших размеров. Она несколько раз подчеркнула, что Б.О. (40 лет) был красив, как бог, и имел крупный, красивый детородный орган. Почти как у осла — процитировал Лили ехидный журналист. Хотя — подняла палец вверх Роза — когда на следующий день кто-то на блошином рынке осторожно спросил Лили об этом, она заметила: как странно, что он взял самые тупые ножницы, хотя дом битком набит серьезными портновскими инструментами довоенных времен, ножами, штыками, мечами и саблями разных знаменитостей, ножами и мачете известных путешественников и охотников (напротив их лавки на улице Дуна был магазин ножей и точильня, так что все приличные ножницы, ножи, охотничьи ножи, штыки, мечи, сабли, мачете и тесаки были отлично заточены)…

В тот вечер они втроем читали в постели. Втроем, в постели? — спросил Томо. Так написано — сказала Меланья. Почему бы людям не почитать втроем в постели?! — возмутился кто-то. Они вместе читали — в постели, продолжала Меланья: Андрича. Роза тихо, чтобы не мешать Меланье, добавила: про казнь на колу, точно вам говорю. Ха-ха-ха! Хи-хи-хи! И вот Роза близко к тексту, по-сербски начала пересказывать сцену из «Моста на Дрине». Ее, конечно, все отлично знали. Помню, готовясь к выпускным экзаменам, я читал, в основном, «Мост на Дрине», особенно сцену казни на колу. Однако то, что Роза знает ее наизусть, меня несколько удивило. Описание самой казни она предварила двумя цитатами. Как я уже сказал, по-сербски, иногда с переводом (восстанавливая события, я, за неимением розиного таланта, использую литературный перевод Золтана Чуки [12] Русский перевод цитируется по: Иво Андрич. Мост на Дрине. Перевод с сербскохорватского Н. Н. Соколова. М., 1956. :

Abidaga je otišao jog jednom do potaje gde mu je javljeno da je sve spremno: tu je ležao hrastov kolac, dugačak blizu četiri aršina, kako treba zašiljen, na vrhu pokovan gvoždjem i sasvim tanak i oštar, a ceo namazan dobro lojem (здесь лежал очень тонкий дубовый кол около четырех аршин длины, хорошо заостренный, окованный сверху железом и густо смазанный салом) [13] Там же С. 53. .

Tamo na skelama bili su prikovani direci medju koje će se kolac uglaviti i ukovati, drven malj za nabijanje, konopci i sve ostalo.

Stoga je svima izgledao i suviše jadan i neugledan za delo zbog kojeg ga vode na gubilište.

Samo je beli dugački kolac davao svemu neku jezivu veličinu i privlačio sve poglede na sebe. (Только белый длинный дубовый кол придавал всему какой-то зловещий характер и притягивал к себе взгляды собравшихся) [14] Там же. С.54. .

Далее у Андрича шло описание казни:

Cigani pridjoše i vezaše mu prvo ruke na ledja, a potom za svaku nogu, oko članaka, po jedan konopac. Zategnuše svaki svoju stranu i široko mu raskrečiše noge. Za to vreme Merdžan je položio kolac na dva kratka obla drveta tako da mu je vrh došao seljaku medju noge. Zatim izvadi iza pojasa kratak, širok nož, kleknu pored ispruženog osudjenika i nagnu se nad njim da mu raseče sukno od čakšira medju nogama i da proširi otvor kroz koji ce kolac ući u telo.

(Тем временем Мерджан положил кол на два коротких обрубка, так чтобы острие его пришлось между ног Радислава, вооружился коротким широким ножом и присел на корточки рядом с ним. Он вмиг разрезал ему штаны и расширил задний проход, куда должен был войти кол) [15] Там же. С. 55. .