Шаукат Сиддики - Божий поселок

До выборов в муниципалитет ни один из членов организации не был выпущен даже под залог, поэтому никто из них не участвовал в голосовании. За доктора Зеди, который тоже в то время сидел в тюрьме, не было подано ни одного голоса, и членом муниципалитета от района Гомти был избран Хан Бахадур Фарзанд Али. Он пышно отметил это событие: по улицам ходила процессия нарядно одетых людей в сопровождении музыкантов, прохожим раздавали сладости, особняки Хан Бахадура и его ближайших помощников были иллюминированы.

Через несколько дней после выборов была удовлетворена просьба об освобождении «жаворонков» под залог. Следствие еще продолжалось. Некоторые из членов организации были сломлены трудностями и по выходе из тюрьмы порвали с ней. Теперь осталось лишь семь человек, деятельность организации почти прекратилась. Мастерская была разграблена и разрушена, помещения школ заняли под жилье. В одной из библиотек-читален устроили стойло для лошадей, другие стали местом встреч картежников. Фонд организации конфисковала полиция.

Слушая доктора Зеди, Салман чуть зубами не скрипел от злости.

— Это все проделки Хан Бахадура!

— Стремление к власти ослепляет людей,— философски заметил доктор.

— Фахим Алла и Мухаммад Алима вы встречали после случившегося?

— Нет. Говорят, Хан Бахадур устроил их на работу в муниципалитете — получают приличную зарплату, живут в свое удовольствие.

Вернулся Али Ахмад с двумя соратниками. Он радостно обнял Салмана.

— А я-то думал, что ты тоже сбежал от нас.

— Я только что выписался из больницы. Вы даже не поинтересовались, выжил я или умер.

— Извини нас, брат,— виновато ответил профессор,— нам тут столько горя пришлось хлебнуть без тебя... Просто времени не хватало навестить. Но твой упрек справедлив.

Они долго вспоминали события последних месяцев. Часам к восьми все были в сборе, после совместного ужина устроили заседание, на котором обсуждались планы на будущее. Перед организацией стояла важная и трудная проблема — изыскать новые источники для создания денежного фонда. Али Ахмад продал свой особняк за двадцать тысяч рупий, и этого хватило на первое время. Больших расходов требовал судебный процесс, возбужденный против организации. Некоторые предложили открыть сборы пожертвований, Салман посоветовал установить невысокую плату за обучение в школах, а доктор Зеди рекомендовал взимать хотя бы немного за лекарства. Однако Али Ахмад отверг все эти предложения, и решение вопроса было отложено до следующего заседания.

Доктор Зеди настойчиво советовал Салману отдохнуть еще несколько дней, так как он еще был очень слаб. Но Салман назавтра же отправился к своим ученикам и вместе с ними осмотрел помещение школы, в котором какой-то предприимчивый мясник открыл лавку. Никакие уговоры и угрозы не помогли — он не хотел покидать уже обжитое место. Между ним и учениками Салмана чуть не завязалась драка. Было решено, если в ближайшие дни не найдется другого помещения, проводить занятия под открытым небом (нужно было только обзавестись газовым фонарем, доской и циновками). Так и было сделано. Вскоре первая школа начала свою работу. Число учеников росло день ото дня, пришлось даже прекратить прием. Салман, наладив работу школы, передал ее товарищу, а сам принялся за восстановление других. В течение месяца ему удалось возобновить работу всех пяти школ.

Постепенно привели в порядок мастерскую, библиотеки-читальни и медпункт. Самая трудная проблема, однако, оставалась еще не решенной — средства для фонда организации так и не были найдены. «Жаворонки» в целях экономии всячески урезали расходы: ели два раза в сутки, вместо обычных сигарет курили бири .

Салман был очень слаб, когда вышел из больницы, а теперь из-за большого напряжения и лишений, на которые обрекали себя он и его товарищи, совсем исхудал, глаза у него ввалились, скулы были обтянуты кожей, волосы на голове торчали. Но он не замечал этого и день и ночь был занят делом.

Однажды вечером он шел через базар и неожиданно столкнулся с Ниязом. Рядом с ним была Султана. В модном шелковом платье, слегка припудренная и подкрашенная, Султана казалась сказочной принцессой, сошедшей с картины. Салман хотел было проскользнуть мимо, но Нияз окликнул его:

— Хелло, господин Салман!

Салману пришлось остановиться.

— Где это вы пропадали?—дружелюбно продолжал Нияз.

— Я был здесь,— коротко ответил Салман.

— А что с вами случилось?