Рейнбоу Рауэлл - Фанатка

– Не говори так о Пенелопе.

Ялик пошатнулся, и к Базу вернулось былое хладнокровие.

– Ты с ней разговаривал? Хоть с кем-нибудь разговаривал?

– Нет, – ответил Саймон.

– Значит, шесть зайцев?

– Да.

– И сколько ты уже нашел?

– Четырех.

– Есть один в соборе и один на разводном мосту…

– Откуда ты знаешь о зайце на разводном мосту? – Саймон резко выпрямился. – Я искал его целых три недели.

– Меня это не удивляет, – сказал Баз, – ты не слишком наблюдательный. Ты хоть знаешь мое первое имя?

Он вновь повел лодку сквозь темные воды. Саймон надеялся, что они направляются к причалу.

– Оно… начинается с буквы «Т»?

– Тиранус, – сказал Баз. – Вот видишь! Значит, собор, разводной мост, ясли…

Саймон поднялся на ноги, цепляясь за плащ База. Ялик тряхнуло.

– Ясли?

Баз хмуро посмотрел на Саймона:

– Конечно.

В такой близости Саймон отчетливо видел фиолетовые синяки под глазами База, темно-красную паутинку капилляров на веках.

– Покажи мне.

Баз пожал плечами, а может, задрожал – и выскочил из лодки. Саймон рванул вперед и схватился за столб на причале, чтобы лодка не уплыла.

– Идем, – сказал Баз.

Кэт поняла, что изображает голоса Саймона и База, по крайней мере, такими она слышала их у себя в голове. Она посмотрела на Ливая – заметил ли он? Парень обеими руками прижал стаканчик к груди, упершись в него подбородком, будто пытался согреться. Сидел с открытыми глазами, но взгляд был рассредоточенным. Он напоминал ребенка перед экраном телевизора.

Кэт отвернулась к ноутбуку. Не дай бог Ливай заметит, что она наблюдает за ним.

Они возвращали лодку на место даже дольше, чем доставали. Когда ее наконец привязали, мокрые ладони Саймона замерзли.

Оба мальчика заторопились обратно в крепость. Они шли бок о бок, засунув сжатые кулаки в карманы.

Баз был чуть выше, но размах их шагов полностью совпадал.

Саймон задумался, случалось ли такое раньше. Шесть лет – шесть лет! – они шагали в одном направлении, но шли ли хоть раз вот так, нога в ногу?

– Здесь, – сказал Баз, перехватывая Саймона за руку и останавливаясь возле открытой двери.

Саймон бы точно прошел мимо. Наверное, он так и делал сотни раз – комната находилась на главном этаже, рядом с кабинетами преподавателей.

Баз дернул за ручку. Заперто. Он достал из кармана волшебную палочку и что-то замурлыкал. Внезапно дверь отворилась, будто притянутая бледной ладонью База.

– Как у тебя это получилось? – спросил Саймон.

Баз лишь ухмыльнулся и шагнул вперед. Саймон вошел следом. В комнате было темно, но он видел, что это помещение предназначалось для детей. Повсюду валялись игрушки и подушки, во все стороны расползались железнодорожные рельсы.

– Что это за место?

– Ясли, – приглушенным голосом ответил Баз. Говорил он так, будто сейчас здесь спали дети.

– Зачем в Уотфорде ясли?

– Незачем, – сказал Баз. – Больше незачем. Теперь здесь слишком опасно для детей. Но раньше преподаватели оставляли в яслях малышей, пока вели занятия. Сюда могли приходить и другие дети с магическим даром, если рассчитывали развить его.

– Ты здесь бывал?

– Да, с момента своего рождения.

– Наверное, твои родители думали, что дополнительная помощь тебе совсем не помешает.

– Моя мать была директрисой, тупица.

Саймон повернулся и посмотрел на База, но в темноте не мог разглядеть его лица.

– Впервые это слышу.

Он знал, что Баз закатил глаза, когда произнес:

– Шокирующие новости!

– Но я же встречался с твоей матерью.

– С моей мачехой, – сказал Баз, стоя совершенно неподвижно.

Саймон ему не уступал.

– Последняя директриса… – проговорил он, глядя на профиль База. – Та, что руководила школой до прихода Мага и которую убили вампиры.

Голова База рухнула вперед, словно к его шее привязали камень.

– Идем. Заяц там.

Соседняя комната была просторной и круглой. Вдоль стен стояли кроватки, а в центре комнаты – небольшие низкие диванчики. В дальнем конце находился огромный камин, занимавший почти половину стены в этом помещении с высоким куполообразным потолком. Баз что-то шепнул в ладонь, посылая за решетку огненный шар. Шепнул еще раз, махнув рукой, и голубое пламя стало оранжевым и жарким. Комната слегка оживилась.

Баз подошел к камину, поднося руки к источнику тепла. Саймон направился следом.

– Вот здесь, – сказал Баз.

– Где? – Саймон вгляделся в пламя.

– Прямо над тобой.

Саймон задрал голову и развернулся. На потолке он увидел великолепную фреску с изображением ночного неба. Оно было темно-синим, с гигантской луной – свернутым в комок белым кроликом, упитанным и круглым. Спящим крепким сном.