Лучше бы мёртв.
— Выдвигаемся, — услышала Илена приказ по общей связи отряда.
Поднявшись на ноги, наконец-то без риска поймать пулю, азарийская коммандос получила возможность в полной мере оценить резню, учинённую людьми. Тела были повсюду: десятки и десятки, они плавали в вакууме внутри ангара. Глазной имплант Илены идентифицировал каждое из них, прибавляя отметку со временем подтверждения ликвидации. Несмотря на все тренировки, всё равно было нелегко видеть и осознавать, как это выглядит на практике. Никаких колебаний или жалости. Люди убили всех с пугающей скоростью и энтузиазмом.
И тут тоже крылась проблема… Как бы людям ни хотелось скопировать азари и попытаться сойти за них, даже отнюдь не будучи гением тактики, Илена отчётливо понимала — сражаются они совсем не как азари. Во-первых, все отлично знают — особенно сами азари — что большинство их коммандос сражаются поодиночке или парами. Люди, вероятно из-за этого своего слияния разумов ну или общей сети, дрались как единое целое. Не бывает так, что азари, стоящая в сотне шагов, вдруг развернется, чтобы прицелиться во врага, с которым ведёт бой её сестра, даже если он вообще вне зоны видимости. Не бывает у азари такой безумной концентрации огня, когда полдюжины стволов буквально переходят с одного врага на другого, просто выкашивая их очередями с разных сторон.
Проще говоря, их командная работа была слишком уж хороша, что вызывало подозрения. Илена не знала никого, кто сражался бы подобным образом.
Следующее было очевидным: за весь бой никто из людей ни разу не воспользовался биотикой. Азари всегда применяют биотику. Не только потому что большая часть азари рождается с нулевым элементом в крови, кстати говоря, но каждая коммандос с самого начала обязана иметь какой-то талант к биотике. Сама являясь азари, Илена признавала, что использование своей биотики — точечно, не по всему подряд — делало её опасней. Для большинства чужих уровень биотики азари недостижим. Так или иначе, все знали и боялись биотиков азари… а тут их целое подразделение, и никто не пользуется своими фирменными способностями. Илена не была уверена, означает ли это, что ей надо использовать свои чаще для компенсации, или использовать их реже, чтобы не выделяться и не привлекать к биотике внимания.
И последнее, опять то, как люди сражаются. Это напоминало… манеру кроганов или турианцев. Они могли двигаться очень ловко, совершая невероятные прыжки и рывки на большой скорости, демонстрируя молниеносные рефлексы, но делали это лишь для занятия более выгодной позиции, откуда можно заливать врага очередями и фиолетовой дрянью. Они принимали на себя вражеский огонь в количествах, недопустимых для азари. Они двигались вперёд агрессивно — слишком агрессивно — осознавая, что с такой бронёй и с таким телом под ней они намного крепче противника. Тяжелая броня, которую носили люди, была совершенно чужда азари. Не то чтобы азари не могли её надеть — Илена и сама носила такой же как у людей бронекостюм — таков был склад мыслей расы, всячески одобряемый.
Люди всё делали очень по-иному. Если Затмение должно стать ширмой для их операций, им придётся или приспосабливаться лучше для имитации азари, включая использование похожей тактики, или Затмение приспособится чтобы больше напоминать людей…
— Чисто! — крикнула одна из них, с грохотом пробивая путь в коридоры линкора направленным зарядом.
Богиня, эти люди просто не умеют размениваться на мелочи.
— Шепард! — позвала Илена, догнав настоящего лидера штурмового отряда. — Ты же не собираешься разгерметизировать весь корабль, правда?
Та лишь пожала плечами, словно её это не заботило.
— Там дальше будут внутренние шлюзы, — ответила она, минуя трёх батарианских космопехов, по глупости своей занявших позиции за внешним шлюзом. Взрыв, проложивший людям дорогу, разнёс их на куски, причём в самом буквальном смысле. Людей это, кажется, не волновало, они протолкались через останки так же, как прокладывали путь по трупам пехотинцев в ангаре.
— Пока без особых сложностей, — сказала другая, её инструметрон засветился, когда она начал вскрывать управление внутренним шлюзом. — Если сравнить с выковыриванием засевших в обороне мутонов или крисалидов, это как наедаться у шведского стола.
— Шведский стол? — переспросила Илена. Звучало вроде бы вкусно.
— Так говорят, когда всё идёт слишком просто, — пояснила Шепард, направляя группу вперёд. — И именно поэтому я ожидаю неприятностей уже за следующим поворотом.
Читать дальше