Cap'n Chryssalid - Пси-Эффект

Вокруг пронзительно засвистели гиперзвуковые пули, доставая её в укрытии — она быстро заметила их источник, батарианца, пригнувшегося на крыше челнока. Согнув руку, она сформировала пульсирующее поле эффекта массы вокруг него и скомандовала «подъём». Не прекращая пальбы, батарианский инженер с проклятьем начал взмывать в воздух. Илена вскинула винтовку, укрылась за другим ящиком, из которого высыпались сухпайки, и всадила ему две короткие очереди в центр тела. Обмякшее тело батарианца продолжало парить ещё несколько секунд, пока Илена уже искала себе место получше.

Выглянув из-за укрытия, она попыталась найти Шепард. Без системы распознавания, вроде встроенной в её глазные импланты, в хаосе боя она бы этого сделать не смогла. Однако же теперь один из силуэтов подсветился по её мысленной команде. Шепард и три других «азари» безжалостно пробивались к забаррикадировавшимся батарианским космопехам. Тех ещё и подсвечивало каким-то дополнительным голографическим целеуказателем. Кружащийся вихрь фиолетовой энергии стёк по руке Аннабель Шепард, принял форму в её левой ладони и затем отправился в батарианца за надёжным укрытием. Это напоминало биотический толчок…

Вот только этот «псионический толчок» прошёл прямо сквозь металл, за которым прятался пехотинец. Не похоже, чтобы он разорвал преграду или хотя бы повредил. Просто пролетел насквозь в поисках своей цели.

Батарианец вскинул руки к голове, безумно вцепился в шлем, а ещё через мгновенье рухнул на спину. По-прежнему не высовываясь, Илена со страхом и любопытством смотрела, как красная батарианская кровь начинает растекаться из-под головы павшего солдата. Подталкиваемая всё той же смесью любопытства и страха, она быстро перекатилась к другому телу. Азари помнила, как Шепард использовала такой же псионический толчок на этом батарианце сразу после их высадки.

Низко пригнувшись, Илена протянула руку к шлему и пальцем подняла забрало.

— Фу-у, — протянула она с отвращением.

Псионический толчок не имел ничего общего с привычным ей. Если не понимать под этим словом «вытолкнуть кому-то мозги через нос и уши». Быстро опустив забрало обратно, Илена потрясла головой и попыталась сфокусироваться на ещё не окончившемся сражении. Шепард вместе с двумя другими засыпали пулями снайперскую позицию. С батарианской стороны прогремел последний выстрел, пуля пробила кинетические барьеры армейского образца… и лишь звякнула о человеческую тяжелую броню под ними. Шепард только покачнулась, не прекращая стрелять. Из снайперского гнезда вывалилась половина космопеха, перерезанного столь плотным огнём надвое.

На мгновенье — лишь на мгновенье — показалось, что худшая часть уже позади.

— Шепард! Шепард! — завопила Илена, указывая пальцем в другой конец ангара. — Штурмовик! Кто-то поднял штурмовик!

Последовавший прицельный залп ракет сообщил людям об угрозе даже лучше неё. Один за другим смертельно опасные огни ещё продолжали вылетать из ракетных установок под крыльями штурмовика, когда ангар наполнился рёвом сирен. Илена неслась на четвереньках к опрокинутому челноку, цепляясь за решетчатый пол, её путь сопровождали взрывы, возникающие со всех сторон. Как и весь остальной бой, сейчас её больше всего занимало поддержание своего биотического барьера. Пока что — хвала богине — его ещё не пробили.

Вой сирены внезапно исчез, вместе с атмосферой и гравитацией. Тем не менее, ботинки Илены уцепились за пол ангара, но отсутствие притяжения означало, что десятки тел и тонны обломков начали парить там, где ещё недавно был воздух. Штурмовику всё это было безразлично, конечно же. Пока он решил пострелять в кого-нибудь ещё, Илена высунулась из-за укрытия, только для того чтобы метнуть в его корпус быстрое искажение. Яростное поле эффекта массы охватило переднюю часть корабля примерно в то же время, когда пилот запаниковал, паля во все стороны и кружась на месте как пьяный саларианец, просто уничтожая всё вокруг.

Секундой спустя штурмовик вместе с пилотом накрыл фиолетовый разлом. Почти сразу отвалились оба крыла, оторванные прямо у основания. Неистраченные ракеты сдетонировали, с дюжину разрывов расцвело вокруг искорёженного корабля красно-оранжевыми цветами. Синее искажение и сиреневый разлом содрогнулись, охватывая остатки корабля, разрывая его всё сильнее и сильнее, словно кроган особенно вкусный кусок мяса. Наконец, всё что от него осталось взорвалось… или попыталось, чтобы через мгновенье сжаться, сложиться в компактный скалящийся острыми гранями шарик из металла, пластика, керамики и костей. Одна богиня знает, был ли к тому времени пилот уже мёртв, или ещё жив.