Ирина Потанина - Неразгаданная

— Не смей так говорить о Харькове, — голос Риты дрогнул, — это город, приютивший меня, и в некотором смысле вырастивший.

— Э, да ты, я смотрю, вовсю отдалась безумному ритму больших городов… Ты даже двигаешься как-то по-харьковски: резко, но скованно. Что ты мне сейчас сможешь предложить взамен наших излюбленных пеших прогулок по поселку? Суматоху общественного транспорта? Долгие часы подземных переходов? Эй, а где же романтика? Где же бескрайние просторы тундры? Где свобода?

Глаза Славки явно издевались. Рита вспомнила, как любили они бродить по замерзшим снежным улочкам родного городка. Как снежинки, слетались, словно бабочки к огню, к волосам… Как смешно выглядели дети тогда, с белыми, облепленными пушистым снегом ресницами… Как забавно было играть с пургой, пытаясь поймать ее дочурок-льдинок губами. Но все это осталось в прошлом. Харьков, со своей вековой мудростью и грациозным величием, со своими бесшабашно-веселыми и выживающими в любых обстоятельствах людьми, с ночным теплым светом чужих окон стал теперь для Риты всем, и суровой реальностью, и вольготной развязностью и тонкой романтикой чувственности.

— Я смогу тебе предложить вот это, — Рита подняла руку, останавливая такси, парируя тем самым замечание Славика о тяготах передвижения в больших городах.

— Для начала неплохо, — Славка улыбнулся, — но все равно я отсюда тебя увезу, во дворец где бушуют метели.

Рита назвала таксисту адрес.

— Ты это серьезно? — обратилась она к Славке.

— Вполне.

“Интересно, он действительно настолько самоуверен, или это просто блеф?” — пронеслось в мыслях девочки.

— Разве ты не помнишь? Мы договаривались, еще тогда, когда ты бросила меня, уезжая в Харьков, еще тогда договаривались, что как только ты закончишь школу, я приеду за тобой.

— Я не бросала тебя, почему ты считаешь, что все на свете делается из-за тебя? Я уезжала от родителей, и ты здесь совершенно ни при чем.

— Эй, львенок, — голос Славика стал совсем тихим, — зачем мы начинаем спорить, еще не успев вновь встретиться, а? Я люблю тебя, ты будешь моей женой, все будет хорошо, я обещаю тебе…

Почему-то от этих слов Рита получила удовольствие. Ей очень не хватало подобных заверений со стороны Володи. Несмотря на то, что девочка прекрасно осознавала потенциальную неспособность Славика сделать “все хорошо”, ей все же стало как-то теплее. На секунду мелькнула безумная мысль действительно взять и уехать с этим мальчишкой куда-нибудь на край света, полностью возложив на него все заботы по поводу своего будущего. Рите стало как-то совсем легко при мысли о том, что она все-таки женщина, и посему вполне может воспользоваться своим правом перекладывать проблемы со своих нервов на мужские плечи. Но нет, отрезвили девочку две мысли: во-первых, ни один мужчина на свете не смог бы предоставить Рите всего, что она смогла бы добиться сама — Славика было просто жалко представить борющимся за реализацию Ритиных идей, за ее известность, богатство и престижное обучение. А во-вторых, кажется, для Риты теперь стало важно, чтобы рядом был не просто мужчина, а вполне конкретный тип, а точнее — Владимир Морозов, и отказаться от этого девочка уже не могла. Расстраивать Славку и терять в нем друга девочке совершенно не хотелось: никто никогда не любил Риту так, как он. Упорно слал письма, не обращая внимание на Ритино молчание, потом заглох надолго, но вот, наконец, приехал. Издалека, плюя на трудности дороги и расходы. Приехал наугад, не зная, ждут ли его здесь. Такое нельзя было не отблагодарить, хотя бы несколькими днями счастья. Рита решила отложить решающий разговор на потом. Они зашли в открытое летнее кафе с фонтаном посреди мансарды. Рита очень любила это заведение, здесь можно было спокойно посидеть за чашечкой кофе в тени перешептывающихся с ветром ив.

— Ты голоден? — Рита сама пожалела об излишней пафосности этой фразы, но Славик явно не заметил наигрыша.

— Я закажу сам, что тебе взять?

— Не знаю, что-нибудь…

— Терпеть не могу женщин, которые долго не могут выбрать что-нибудь в меню, — Славка тонко улыбнулся, демонстрируя свою компетентность в правилах поведения в больших городах, и направился к официантке. Рита удивленно приподняв одну бровь, пристально смотрела ему в след. Это было что-то новенькое, и слова Славки, и то, что он хочет угостить ее чем-то, все это раньше никогда не имело места. Рита вдруг подумала, что первый раз за нее расплачиваются в кафе, не требуя при этом ничего взамен. Предстоял явно приятный вечер…