Антоний Амурский - Путь

— Ааа? Чтоо?.. — Свят разлепил глаза. В аудитории стояла тишина. Преподаватель сидел за своим столом, глядя впереди себя.

Громким шепотом одногрупник говорил:

— Свят, отмечают! Тебя назвали! Встань, скажи «Здесь!».

Свят видел, что тишина затягивается, преодаватель скользил ручкой по журналу. Он резво подорвался.

— Здеесь! — раздалось в звенящей тишине залитой солнцем аудитории.

Преподаватель поднял глаза. Вся аудитория обернулась и теперь смотрела на Свята. «Что-то тут не то». Преподаватель снял очки и спросил:

— Что, «здесь»?

Вся аудитория, понимая казус ситуации, залилась бурным смехом. Марио быстро сел и стал очень быстро заливаться багрово-пурпурным цветом. Хотелось не просто провалиться сквозь землю. Хотелось испариться без следа с этой планеты. Сосед спереди хохотал громче всех, скривив рожу в исступленной гримасе.

Преподаватель постучал ручкой по столу. Аудитория вмиг стихла.

— Кто написал, может сдавать и идти на перерыв.

— А… — Свят огляделся по сторонам. Весь поток быстро окунулся в свои листочки. Соседи по парте нервно листали учебники под столом. Через минуту студенты, оставляя листочки на центральном столе, начали покидать аудиторию.

— Перед самостоялкой не мог разбудить? — Марио смотрел обидчику прямо в правый глаз, стоя в проходе.

— Да, брат, не обижайся! В следующий раз ты меня подставишь! — обидчик заговорщицки приблизился к Марио, — пойдем лучше покурим кое-чего. Сейчас тока письмо сдам.

В сопровождении не особо развитых одногруппников Марио направился по направлению к туалету. Только он хотел повернуть туда, как один из них остановил его — «куда, нам вниз» — и выразительно махнул указательным пальцем вниз.

Группа из неопрятно одетых молодых людей спустилась в подвал. Минуя лаборатории, склады, залы, ребята прошли до самого конца коридора. Очутившись возле черного хода на улицу, в самом низу пожарной лестницы, парни извлекли из карманов дешевые сигареты. «Щелк! Щелк!» загорались огни зажигалок в полумраке. Лестница уходила наверх до самой крыши. Она не пользовалась особой популярностью, но все же иногда была посещаема охранниками. Парни чутко вслушивались в тишину, выдыхая дым так, чтобы он не зависал в воздухе. Наконец, один из них достал туго набитую папиросу «Беломорканала». Она была длиннее, чем обычная сигарета.

— Ууух! — выдохнули пацаны в приятном удивлении.

— Давай, Зяблый! — парень с красными глазами в нетерпении уже тыкал зажигалкой.

Зяблый раскурил, задержал дыхание и удовлетворенно выдохнул тяжелый дым, запрокинув голову. Воздух сразу наполнился сладковатым запахом. Святу стало немного не по себе. Он выглянул в коридор.

— Каайф! — вдохновенно произнес Зяблый. Перевернул папиросу, вставил в рот и сделал приглашающий жест тому, который прикуривал. Парни сошлись в дымовом «поцелуе». «Вссссуу» — здоровяк всасывал дым. Свят поморщился. «Как наркоманы настоящие!».

Прикуривальщик задержал дыхание надолго. Он держал его даже когда Зяблый задувал уже третьему клиенту по счету. От жадности он выпучил глаза, а дутые щеки налились кровью. Наконец, он шумно и бесцеремонно выдохнул почти в лицо Зяблому. Опрокинул свои глаза на черный потолок и сипло прошептал:

— Ууу… Знатный дым…

— Святка-братка! Давай подлечу! — Зяблый подошел близко к Святу. Во рту у него слабо дымилась папиросина, а вытянутое лицо имело глуповатый вид.

— Не, не, Зяблый, я перетерплю! — шутливо попытался отделаться Марио.

— Давай-давай, скорости! — сказал «товарищ» слева.

— Не, Зяблый, я пас — Свят отодвинулся от дымящегося рта.

— Да ты чего? Святка, пыхни, легче станет! — уже все начинали уговаривать его.

Даже «Жадный», казалось, хотел поделиться с ним: «Ну чего ты».

Тут сверху марша на четыре выше что-то лязгнуло. Зяблый опасливо убрал папиросу за спину. Все напряглись, ожидая спуска кого-то.

Никого не было. Зяблый торопливо раскурил папиросину, воткнул ее в рот горящим концом и стал быстро задувать всем подходившим. Жадный опять надулся, словно он был жабой-хомяком, все остальные тоже поочередно задерживали дыхание, выстроившись в очередь.

Свят докурил свою сигарету. Голова опять разболелась. Группа курильщиков пошла обратно.

— Да никого там не было! — храбрился Зяблый, — теперь главное не ржите на паре!

Поднявшись по лестницам, как попало одетые ребята заняли свои места в конце класса.

Марио хотел пересесть от толпы в конце аудитории, но понимал, что ребята не поймут. Преподаватель продолжал лекцию. Спереди сидевший Жадный то и дело оборачивался и стеклянными смеющимися глазами смотрел на своих друзей. Он вот-вот был готов прыснуть смехом. Наконец, Зяблый не выдержал его взгляда, и начал потихоньку посмеиваться под партой. Остальные заразились его примером, и начали то и дело нырять под парту, чтобы посмеяться.