Гера Фотич - Собачья сага

— Че мне идти соучастницей, — обрадовалась цыганка, — я с них только квартплату-то и получала, ну и водкой угощали меня. А в чем там соучастие, я и понятия не имею. Как скажете, так и будет. Только пусть деньги мне за этот месяц отдадут и идут куда хотят.

В этот момент на лестнице раздались громкие голоса и мужской гогот, словно там рассказывали анекдоты и смеялись над ними.

Павел поднял указательный палец к губам, призывая всех к молчанию. В упор посмотрел на Блэка, и тот сел, повернув голову к двери, слегка приподняв ухо.

Задребезжал звонок, и Павел пальцем указал сотрудникам встать за шторы, а женщине открыть дверь. После чего прошел с собакой за угол на кухню.

Трое мужчин с хохотом ввалились в квартиру.

— Ха-ха-ха! А эти два придурка постовых поверили, что мы другу помогали! Менты тупорылые! — голосил сквозь смех знакомый молодой парень в фуфайке с разбитой переносицей.

— И следак их, в кабинете, такой же тупой! Ха-ха-ха! — вторил его приятель, сорокалетний мужчина в темном плаще, размахивая кожаной кепкой и держа в другой руке холщевый мешок с продуктами.

Третьим шел незнакомый Павлу мужчина с круглым казахским лицом. Его узкие глаза счастливо щурились. Рот молчаливо растягивался в улыбке. В обеих руках он держал полиэтиленовые пакеты, наполненные бутылками со спиртным.

— Марфа, в койку! — сказал длинный, проходя мимо цыганки и шлепая ее своей кепкой по заду. Это были последние веселые слова обитателей этой квартиры.

Два недавних клиента, зайдя в комнату, резко остановились, замолкнув, а затем боком двинулись к занавеске и за ней пропали. Незнакомец свернул сразу на кухню и уперся лицом в дуло пистолета, который держал Павел.

— Мешки не бросать! Стоять смирно! — строго, но тихо скомандовал он и затем левой рукой стал шарить по одежде вошедшего. Блэк зарычал. Убедившись, что оружия у того нет, разрешил поставить поклажу на пол и, развернув лицом к стенке, скрепил руки за спиной наручниками. Войдя с задержанным в комнату, он увидел, что то же самое проделали с остальными его коллеги. Теперь настала очередь смеяться милиционерам, но они решили это сделать уже в отделении.

Выписывая премию за раскрытие более пятидесяти эпизодов квартирных краж, начальник отдела очень долго и подробно расспрашивал, каким образом нашли преступников и с недоверием отнесся к участию Блэка. Хитро подмигнул Павлу:

— Ох уж эти опера! Чего только не придумают! Даже своим талантом готовы пожертвовать ради пса!

Блэк не слышал этого разговора. Он был счастлив, видя, как радуется его хозяин.

Но вскоре еще один эпизод окончательно восстановил его репутацию.

К Вертолету на прием явился директор закрытого предприятия и рассказал, что на днях кто-то неустановленным способом отключил всю сигнализацию по периметру завода, а так же в особо секретном хранилище, откуда похитил практически весь заказ, подготовленный к передаче Шведской стороне. Продукция оборонного значения.

— Понимаете, — говорил высокий худощавый директор, постоянно поправляя очки на горбатом носу, — это всего лишь несколько десятков бархатных коробочек с пластинами, похожими на золотые, без номеров и особых примет. Но вместе с ними пропали старые негодные трансформаторы, сгоревшие списанные схемы и еще черти что! Не могу понять, кто это мог сделать. Мы должны передать заказ через месяц!

Павел об этом разговоре не знал. Его, как и других сотрудников, вызвали из дома в выходной и заставили отрабатывать ранее судимых. Выезжать к ним домой, опрашивать, оперативно осматривать жилые помещения или привозить их в отдел и там хитростями добиваться правды. В первую очередь поплатились своим временем квартирники с опытом отключения сигнализации, затем все остальные. Стали таскать в отдел рабочих и инженеров с завода. Приехали сотрудники ФСБ, которые увидели в данной краже диверсию и саботаж. У них были свои методы работы. Им предоставили отдельный кабинет, в который никто из милиционеров не заходил.

Как обычно бывает, ниточка появилась, откуда никто не ждал.

Задержали пьяную парочку, которая утверждала, что у них сын-инвалид дома некормленый и, если их не отпустят, он может умереть без лекарств.

Девушка, инспектор по делам несовершеннолетних, выехала в адрес и обнаружила в квартире парня лет пятнадцати — настоящего Кулибина. Его комната была завалена разнообразными приборами и проводами. На стенах и потолке все светилось и мерцало, словно это была кабина управления межгалактической ракеты. Сам парень действительно был инвалидом: на трех пальцах правой руки у него были оторваны по фаланге, левый глаз был закрыт повязкой. Он вполне мог существовать без своих родителей и даже был рад, услышав новость, что их забрали в вытрезвитель и до утра он проживет без них.