Джон Гришэм - Покрашенный дом

У Синди был старший брат, он погиб в ужасной автомобильной катастрофе, и всякий раз, когда я ее видел, всегда вспоминал истории, которые рассказывали про этот случай. Столкнувшиеся машины вспыхнули, и ее брата так и не смогли вытащить из огня. Вокруг собралась толпа, а это, естественно, означало, что существовало множество версий того, насколько ужасным там все было на самом деле. Она была хорошенькая, но глаза у нее всегда были грустные — я понимал, что это все из-за той трагедии. Она была сейчас в неразговорчивом настроении, что меня вполне устраивало. Я медленно ел мороженое, решив растянуть удовольствие подольше, и смотрел, как она двигается за стойкой.

Недавно я случайно услышал разговор родителей — они собирались куда-то звонить по телефону. Поскольку у нас телефона не было, им для этого надо было напроситься к кому-то. Я решил, что они попросят разрешения воспользоваться телефоном в лавке Попа и Перл.

Большая часть домов в нашем городе уже имела телефоны, равно как и разные частные фирмы. И фермеры, кто жил в двух-трех милях от города, тоже обзавелись ими, поскольку до них нетрудно было дотянуть телефонные линии. Мама сказала мне однажды, что пройдет немало лет, прежде чем такую линию дотянут до нашей фермы. Паппи, во всяком случае, телефон ставить не хотел. Говорил, что если у тебя будет телефон, то тебе придется беседовать со всеми, кому захочется позвонить, независимо от того, удобно это тебе или нет. Телевизор — это может быть интересно, а о телефоне забудьте.

В дверь вошел Джеки Мун и направился к стойке Синди.

— Эй, младший Чандлер, а тебя зачем сюда занесло? — спросил он, взъерошив мне волосы и усаживаясь рядом.

— За мороженым, — ответил я, и он рассмеялся.

Синди подошла к нам и спросила:

— Тебе как обычно?

— Да, мэм, — ответил он. — Как поживаешь?

— Отлично, Джеки, — проворковала она в ответ. Они смотрели друг на друга очень внимательно, и я сразу понял, что между ними что-то затевается. Она повернулась, чтобы приготовить ему его «как обычно», и Джеки осмотрел всю ее, с головы до ног.

— От Рики что-нибудь слышно? — спросил он меня, не сводя глаз с Синди.

— В последнее время ничего, — ответил я, глядя туда же.

— Рики — крепкий парень. Все у него будет в порядке.

— Я знаю.

Он закурил сигарету и некоторое время молча пускал дым. Потом спросил:

— Вы там у себя здорово промокли?

— Насквозь.

Синди поставила перед ним порцию шоколадного мороженого и чашку черного кофе.

— Говорят, дожди растянутся на две следующие недели, — сказал он. — Лично я в этом не сомневаюсь.

— Дожди, дожди, дожди, — сказала Синди. — Нынче все только об этом и говорят. И не надоело вам все время говорить только о погоде?

— А больше и говорить-то не о чем, — заметил Джеки. — По крайней мере фермерам.

— Только одни дураки занимаются фермерством, — заявила она, потом швырнула полотенце на стойку и пошла к кассе.

Джеки проглотил кусочек мороженого.

— Знаешь, а она, наверное, права насчет этого.

— Наверное, да.

— Твой отец собирается на Север?

— Куда?

— На Север, во Флинт. Я слыхал, что многие ребята уже звонили на завод компании «Бьюик», хотели устроиться туда на работу. Там, говорят, в этом году мало рабочих мест, вот все и спешат пристроиться. Хлопок в этом году опять паршивый. Еще один хороший дождь, и река выйдет из берегов. И большая часть фермеров в лучшем случае соберет половину урожая. Глупо, правда? Вкалывать шесть месяцев до потери пульса и все потерять, а потом тащиться на Север в поисках работы и привезти домой достаточно денег, чтобы расплатиться с долгами. И снова пахать и сеять.

— А ты едешь на Север? — спросил я.

— Подумываю об этом. Я еще молодой и не хочу на всю жизнь застрять на ферме.

— Ага, и я тоже.

Он потягивал свой кофе, и мы молча раздумывали о том, как глупо заниматься фермерством.

— Я слыхал, этот здоровенный парень с гор убрался домой, — произнес наконец Джеки.

К счастью, у меня рот был полон мороженого, так что я лишь кивнул в ответ.

— Надеюсь, его все же поймают, — заметил он. — Хотелось бы видеть, как его поведут на суд, пусть получит, что заслужил. Я уже говорил Стику Пауэрсу, что выступлю свидетелем. Я все там видел. И другие теперь тоже приходят к Стику и рассказывают, как там все было на самом деле. Этому парню с гор вовсе не надо было убивать Джерри Сиско.

Я запихнул в рот еще кусок мороженого и продолжал кивать. Я уже научился помалкивать и лишь глупо таращиться, когда речь заходила о Хэнке Спруиле.