Галина Лифшиц - До свадьбы доживет

– Слушай и запоминай! – учил он, – Сейчас не понимаешь, потом пригодится.

Тина слушала и скучала. Нет, конечно, красиво, но не в склад, не в лад, на стишки не особо похоже. Но раз папе таким важным это казалось, почему бы и не послушать, почему бы и не запомнить?

Вот оно! Поймешь не тогда, когда кто-то опытный тебе втолковывает, а когда сама хлебнешь сполна: «как можно меньше верь будущему»! Мудрость тысячелетняя! И спасибо, что папа повторял. В нужный момент выплыло.

Так жить действительно было легче и правильнее.

И все же Тина временами придирчиво проверяла, откуда могут обрушиться неприятности на ее дом. С Сенечкой было тепло и любовно, со свекровью время от времени случались интересные беседы, не очень, впрочем, долгие, поскольку прерывались они всегда одним и тем же, переставшим шокировать, вопросом.

Луша – ну, что Луша? У дочери тоже все было в полном порядке: в сентябре она отправлялась на стажировку в Лондон. Миша, как и обещал, организовал все. После возвращения в Москву ей уже уготовано было место работы, о котором можно было только мечтать. Ну, а вот матримониальным планам Михаила Степановича по поводу собственного сына и дочери Тины осуществиться было не дано: Лушка твердо собралась замуж. Потому и оказалась Тина сейчас в городе, а не на даче, что собрались они с дочкой отправиться за всеми причиндалами для невесты, в тот самый магазин, где совсем недавно они с Сеней выбирали в спешном порядке одежду для их собственной свадьбы.

Обычно, когда Тина отправлялась в город, Клава выражала желание остаться на свежем воздухе. Она деликатно отходила от машины и пряталась за вековой елью. Конечно, прятки эти ничего не давали: Клава вся оставалась на виду, за исключением морды. Хвост плавно покачивался, посылая любимым членам семьи сообщение:

– Постарайтесь обойтись без меня. Я останусь тут, если вы не возражаете.

Но почему-то именно сегодня Клава рванулась к машине и даже нетерпеливо дотронулась лапой до задней двери: открывай, мол, скорей.

– Ты уверена? – уточнила Тина, – Ведь дома одной придется сидеть! Смотри, чтоб без претензий!

Клава внимательно выслушала, чуть наклонив голову и снова дотронулась лапой до двери автомобиля. Уверена, значит, была полностью.

И они поехали. Тина знала, что Луша с утра будет на своей новой квартире, образовавшейся у нее после обмена родительского бывшего семейного гнезда. Сейчас там заканчивался легкий ремонт, оставались сущие мелочи, надо было пронаблюдать. Тина собиралась сбегать заплатить за квартиру, купить кое-что поесть в дом, а потом, когда дочка вернется, отправиться за приятными покупками.

Она попрощалась с Клавой, уговорив ту не выть и не лаять, вышла на улицу и, подумав немного о знаковом пятнадцатом числе, переключилась на собственные ощущения, касающиеся Лушкиного жениха. Конечно, выглядели они, как картинка из глянцевого журнала, эти будущие молодожены. Красивый парень, Луше вполне подстать. И детки у них пойдут – загляденье. Карьерные возможности тоже многообещающие. Во всяком случае, не хуже Лушкиных, спасибо Михаилу Степановичу. Хорошая, крепкая, независимая от старших получается семья.

Тину смущало только одно: у нее не было ощущения, что Луша влюблена в своего будущего мужа. То есть, за ручки молодые держались, улыбались друг другу приятно, он ее обнимал за плечики, она к нему прислонялась. А все вместе производило впечатление театра. Впрочем, как это говорится: до любви надо дожить. А пока – пара отличная. И Луша сама сделала выбор. Нет обстоятельств, которые принуждали бы ее выходить замуж за немилого. Значит, мил. Значит, так ей надо. И пусть. За дочь жизнь не проживешь, чего уж там. И не убережешь ни от чего, что уготовано судьбой.

Но ведь единственная дочь! Как не волноваться? И будет ли другая? Будет ли у нее еще ребенок? Не опоздала ли она? Тина помнила тот разговор со свекровью насчет плюсов поздних детей. Помнила, чем дальше, тем убежденней соглашаясь с Сенечкиной мамой. Больше они на эту детскую тему не говорили. Будь, что будет. Так они решили с мужем. Но порой она звала этого нового человека: «Приди! Не опасайся! Тебя все ждут! О тебе мечтают!» Интересно, кто из них – мать или дочь – первой принесут в семью нового младенца?