Крас Алин - Магия Голоса. Книга вторая.

- Да чем же они могут торговать? У орков нет ничего привлекательного для эльфов, - возразил Горус, теперь, уже неплохо ориентирующийся в нашей жизни и наших возможностях.

- Ну, во-первых, важен сам факт мирного, выгодного общения. Это уже само по себе постепенно снизит накал взаимной вражды. А во-вторых, раз Большая Орда ведёт горные разработки, я отдам им свой кристалл-накопитель и объясню, что если такие же будут им попадаться, то мы охотно будем их менять на то, что интересует орков, кроме оружия, конечно. Ещё мы бы не отказались от детёнышей ездовых ящеров.

- Душа моя, всё это прекрасно, и мне бы очень хотелось, чтобы всё так и было, но согласится ли с тобой твой отец, ваша Королева и Совет Старейшин? - с грустной улыбкой усомнился Горус.

Я и сама вдруг засомневалась, не создастся ли и впрямь дополнительная опасность для эльфов в результате такой инициативы? Неопределённо пожав плечами, сказала:

- Ближе к делу попробую связаться с Эдмунизэлем по амулету связи, хотя если он в Асмероне, то конечно, на такое расстояние сигнал вряд ли дойдёт.

- Ладно, ещё подумаем над этим, - согласился Горус, не выпускающий меня из своих объятий.

- Горус, а орки, увидев нас, не кинутся нас убивать?

- Нет, такой приказ отдать некому. Духи предков этого не требуют, Вождей там, наверняка, нет, Владыка не стал бы посылать их, лично ему преданных, на верную смерть, а сам он мёртв. Наоборот, все знают, что я Вождь, и, увидев меня, обрадуются, что есть кому приказать, что им делать дальше. Без привычного, жёсткого управления они теряются, не знают, что делать и чувствуют себя беспомощными до тех пор, пока не появится новый вожак.

- Ну, это рабы, а воины? - засомневалась я.

- И воины тоже, хотя и в меньшей степени. Редко среди них находится смельчак, готовый бросить вызов Вождю. Ну, а если такой всё же найдётся, я не против сразиться, - жестко ухмыльнулся Горус.

- А что, другие не бросятся, такому смельчаку, на подмогу? - заволновалась я.

- Нет, поединок претендента на место Вождя проходит один на один. Душа моя, тебе вообще не о чем беспокоиться. Если орки действительно посчитали тебя 'Голосом Духов', как рассказал тебе Владыка, то каждое твоё слово, каждое указание будет тут же выполняться со всей радостью и старательностью.

- Ох, Горус, хорошо, если так, - с сомнением в душе, ответила я. - А сейчас дай, я выйду. Поздороваюсь с парнями и успокою, что со мной всё в порядке.

Первого я увидела Такисарэля, сидящего на скамейке погонщика. Остановив ящера, он радостно обняв меня, спрыгнул вместе со мной на землю. Ко мне тут же подскочили Петрос и Маркус, чуть не задушив в объятиях. Горус, тихо зарычав, сказал:

- Я знаю, что вы друзья, но мне трудно смириться, что мою женщину обнимает кто-то кроме меня, особенно сейчас, когда страх за неё ещё окончательно не прошёл, - недовольно заворчал он.

Парни, с понимающими улыбками, отпустили меня. Поделившись друг с другом впечатлениями, мы решили, что нашему ящеру, да и парням, нужен отдых.

Труп Владыки всё-таки вынесли из кибитки и закинули его на крышу. Я с помощью заклинания очищения привела в порядок полку, на которой он лежал, его одежду и одежду еще двух убитых воинов, которую, сменив эльфийские костюмы, собирались надеть на себя Горус, Маркус и Петрос перед встречей со степняками.

Я с трудом настояла, что тоже наравне с парнями буду нести караул, пока остальные спят. Сообща решили, что каждый будет в карауле по одному часу, а в общей сложности на отдых и сон отвели пять часов. Пока парни спали в кибитке, я во время своего дежурства стала осматривать в подзорную трубу окрестности, но рельеф местности не позволял посмотреть далеко вперёд.

Вскоре ко мне присоединился Горус, с тяжёлым вздохом сказав:

- Не могу спать, когда ты не спишь, - и, усевшись на землю за моей спиной, прижал меня к своей груди, уткнувшись носом в мою макушку. - Душа моя, скажи, Владыка...обидел тебя...? - спросил он с отчаянием в голосе, сцепив напряжённые пальцы у меня на животе.

- Нет, Горус, ты, как всегда, появился вовремя, - ответила я с благодарностью.

Он вздохнул с облегчением, ослабив свой захват. Так мы и просидели всё время моего, а потом и его дежурства, не в силах разойтись, наслаждаясь близостью друг друга. Я поглаживала его горячие пальцы на моём животе, он целовал мою макушку, и мы оба, время от времени, вздыхали умиротворённо, вытесняя пережитые кошмар и страх, приобретая вновь душевную гармонию от осознания того, что мы снова рядом, вместе.