Крас Алин - Магия Голоса. Книга вторая.

- Да, ты хорошо объясняешь. А у тебя есть с собой деньги, можно посмотреть? - заинтересовалась я. Неизвестно, сколько мы пробудем в Большой Орде и в каком качестве, поэтому неплохо бы ориентироваться в таких вопросах.

- Нет, нету. Зачем их брать в степь? В кланах не знают, что такое деньги, там существует только натуральный обмен, - разочаровал он меня.

- А вы умеете читать и писать? - продолжила я свой расспрос.

- У нас есть письменность, но обученных грамоте немного. Для этого надо родиться или в богатой семье, или одарённым ребёнком. Обучение детей - ещё одна обязанность Шамана.

- А ты обучен?

- Конечно, ведь я сын Вождя, - с гордостью произнес он.

- Ты объяснишь мне основы вашей письменности? - попросила я.

- Объясню, - охотно согласился он.

- А где твои родители?

- Их давно нет в живых, орки редко доживают до старости, - неохотно ответил он, и я не стала уточнять, как это случилось.

- Что ты собираешься делать с нами, когда мы прибудем в Большую Орду? - затаив дыхание от волнения, спросила я.

- Я хочу, чтобы ваша четвёрка певцов-музыкантов устраивала в Большой Орде представления, за которые я буду брать плату. Большую часть из неё буду отдавать Владыке, тогда он разрешит мне оставить вас у себя. Часть денег буду брать себе, часть - вам. Двух ваших воинов зачислю в свой отряд. Шамана тоже постараюсь оставить при себе, хотя убедить в этом Владыку будет не просто.

- Пожалуйста, не разделяй нас, ведь у музыкальной группы должна быть хоть какая-то постоянная собственная охрана. Иначе нам могут испортить инструменты, а самих - покалечить, выкрасть, убить. А Жакос и Доркус уже давно занимаются нашей охраной и знают, что ждать от окружающих и как себя при этом вести.

- Я подумаю об этом, - согласно кивнул Вождь. - А вот объясни мне, зачем вы дали такие странные имена своим оркам? Они ведь, наверняка, имели какие-нибудь прозвища, например, 'Тихий' или 'Скользкий'. Может, эти прозвища были неблагозвучны для вас, типа 'Вонючка' или 'Обжора'?

- Насколько я знаю, прозвища вы даёте во время испытаний мальчиков-подростков на звание мужчины. Но ведь жизнь длинная. И то, как проявил себя подросток, не значит, что так же он будет вести себя уже взрослым мужчиной. Тогда прозвище будет вводить в заблуждение окружающих. Вот, как ты, многие ли могут потом его изменить, ведь Вождём ты стал не сразу? А мы даём имя один раз при рождении, оно всегда твоё, в детстве, в юности, в зрелости. И только в твоих силах прославить его, в течение жизни, или опозорить.

- И какое бы имя ты дала мне? - заинтересовался орк.

- Не знаю, - растерялась я от неожиданного поворота разговора. - У нас, обычно, имя даёт мать. - Задумавшись, спросила: - А какое у тебя было прозвище раньше, можешь мне сказать, если оно не обидное?

- Меня звали Большой, - гордо расправив плечи, ответил он.

- В нашем Мире самые большие - это горы, поэтому тебе можно дать имя Горус. С одной стороны, это просто имя, с другой, в нём есть и определённый скрытый смысл.

Он помолчал немного, напряжённо глядя мне в глаза, а потом сказал:

- Мне нравится. Ты можешь называть меня этим именем, - встал, чему-то улыбнувшись, и добавил: - Всё на сегодня, скоро подъедем к стойбищу.

- Пожалуйста, подожди, последний вопрос, - тоже вставая, задержала я его. - Может быть, ты проявишь понимание и доброту, и отпустишь нас? -на всякий случай, предприняла я попытку.

Меняясь прямо на глазах, он взбешенно закричал:

- Никогда!

Выставив руки вперёд и, сдерживая невольную дрожь от испуга, такой его реакцией, я покладистым Голосом произнесла:

- Спокойно, я только спросила.

Ярость стала гаснуть в его глазах, он быстро развернулся и выпрыгнул из кибитки. Ну, что ж, на будущее буду знать, что этот вопрос лучше не поднимать.

Дальше повторилась вчерашняя схема. Вскоре к нам с Роном, в кибитку, запрыгнули парни. Снова спросили гнома:

- Как тут?

Он ответил:

- Всё нормально.

А потом мы на пару пересказали, что сегодня узнали нового от Вождя.

Я, давая возможность Такисарэлю хоть немного отдохнуть, сменив его, села на скамейку погонщика. Любуясь полыхающим закатом Красного солнца, окрасившего все небо в розовый цвет, заметила на горизонте очертания стойбища.

Когда мы добрались до этого стойбища, Рон, Такисарэль и я выбрались из кибитки позже всех, уже в темноте, чтобы сразу не шокировать степняков своим видом. В центре стойбища располагались одиннадцать шатров, вокруг которых стояло десять кибиток. В стороне паслось большое стадо, голов шестьсот. Самих орков было около двухсот шестидесяти.