Ясное дело, что тут уж, я рассказывала ему не обо всём, исходя из интересов своей расы. Старалась, чтобы у него сложилось впечатление, что мы умные, сильные, высокоразвитые, владеющие магией, самодостаточные, способные постоять за себя. Умолчала, конечно, и о катастрофической малочисленности своей расы, и о своём Даре, и об истинных целях прихода в Степь.
Кое-какую информацию он воспринимал с недоверием, что-то его удивляло, что-то восхищало, что-то вызывало ироничную усмешку. А вот то, что я считала самым слабым местом в моём рассказе, что в Степи мы оказались по воле Духов предков, Вождь воспринял, как само собой разумеющееся, продемонстрировав мне одновременно и критический ум, и детскую наивность.
Когда его вопросы ко мне иссякли, он захотел поговорить с Роном. Рон спустился вниз и сел на моё место, а я, забравшись наверх, заняла место гнома. Этот опрос был гораздо короче, было видно, что гномы заинтересовали орка значительно меньше, чем эльфы. И только информация о том, что гномы и эльфы общаются и взаимовыгодно торгуют, заставила его надолго задуматься.
Уже ближе к вечеру, заканчивая свои расспросы, он, задрав голову вверх, спросил меня:
- Есть что-то, что тебе особенно хотелось бы получить?
- Что ты имеешь в виду? - вновь спускаясь вниз, спросила я, не поняв его вопрос. - Сейчас или вообще?
- И то, и другое, - ответил он.
- Вообще, я хотела бы оказаться дома. Я очень скучаю по своим близким и по Эльфийскому Лесу. А сейчас, чтобы мои спутники оказались здесь, в кибитке, рядом со мной.
Обе части моего ответа ему не понравились.
- Тебе так неприятно моё общество? - недобро посмотрев на меня, угрюмо спросил он.
- Нет, я просто волнуюсь за них, не видя целый день, - откровенно ответила я.
- Не волнуйся, я сейчас пришлю их, - ответил он, и поднявшись выпрыгнул из кибитки.
Через короткое время в кибитку запрыгнули наши парни.
- Как тут? - с тревогой спросили они почему-то у Рона.
- Всё нормально, - ответил он.
Все сразу успокоились и стали расспрашивать, о чём с нами, целый день, разговаривал Вождь. А потом и сами рассказали, что все это время, они ехали в повозках с воинами. Общались с ними, провели полноценный обмен информацией, в том числе узнали, что в нужном месте мы будем завтра к вечеру. А ещё учились управлять их ездовыми ящерами. Из-за того, что наша кибитка движется намного медленнее, чем их повозки, по пути удалось несколько раз слезть с колес и поохотиться.
- От судьбы не уйдёшь, - философски заметил Петрос. - Если бы мы избежали встречи с Вождём в степи раньше, то невольно встретились бы с ним в клане, к которому сейчас движемся. Других кланов в ближайшей округе нет, так что мы бы, хочешь-не хочешь, тоже отправились туда же.
Закончили разговоры, когда весь отряд остановился на ночлег, и мы выбрались из кибитки чтобы размять ноги и поесть.
Поужинав едой из собственных запасов, вновь удивившись, что у нас её не отбирают, я подошла к Вождю со словами:
- Вождь, благодарю тебя за доброжелательное к нам отношение. Хоть сейчас уже поздно, и сил ни у кого уже нет, я хотела бы, в знак благодарности, спеть для тебя и твоих воинов песню без музыки.
- Пой! - довольно улыбнувшись, обнажая белоснежные клыки, сказал он. Было видно, что ему понравились мои слова.
Повернувшись лицом к наскоро разбитому лагерю, сильным, отчётливым, виртуозным, с идеальным чувством гармонии и ритма голосом, используя безтекстовое пение, я импровизировала на тему красоты окружающего мира. О земле, которая нас кормит. О солнцах, которые нас греют. О воде, без которой невозможна жизнь. О ветре, который позволяет дышать. О небе и звёздах, которые заставляют мечтать.
На следующий день Вождь снова отослал парней в свои повозки, оставив Такисарэля управлять Шером, а Рона лежать на верхней полке.
- Сегодня, если хочешь, я буду отвечать на твои вопросы, - сказал он, усевшись напротив меня.
От такого его предложения я, очень удивившись и обрадовавшись, впервые проникаясь к нему чувством похожим на симпатию.
- Конечно, хочу! - радостно воскликнула я, улыбнувшись и вызвав ответную улыбку орка. - Расскажи мне, что такое Большая Орда?
Из его рассказа я поняла, что это фактически громадный город, гораздо больше, чем Асмерон, вытянувшийся вдоль одного берега реки, занимающий очень большую территорию и чрезвычайно густонаселенный. В центральной части этого поселения, через которую проходит широкая въездная дорога, расположены дома богатых орков. Заканчивается эта дорога, упираясь в самое большое сооружение города - Дом Владыки. От него кольцеобразно расходятся улицы. Чем улицы ближе к Дому Владыки, тем они шире, чище, дома на них распологающиеся больше и живут в этих домах, богатые орки. Чем дальше от этого центра - тем улицы уже, извилистей, дома беднее. Грязные окраины города представляют собой хаотично, тесно расположенные шатры и шалаши.
Читать дальше