Мария Метлицкая - Миленький ты мой

А он отвечает: «Эту квартиру дали мне, не тебе! И отсюда я никуда не уйду!»

Но, думаю, дело не только в этом! Не только в квартире. Он… он боится сходиться с ней. Все понимает. Боится с ней строить семью. Он понимает, что такое она, эта девка. И еще, ему так удобно. Здесь чистота, красота, свежее белье, полный обед. Все, как он привык. А там… там молодое и жадное тело. Кувырки, бег с препятствиями и акробатические этюды. И еще сын. Разумеется, сын. Он возит мальчишке чемоданы тряпья и игрушек. А мальчик говорит «ложи» и «тубаретка».

Это рассказала его секретарша. Она из сочувствующих. А также про звонки ее, любовницы, по сто раз на дню. А у него все совещания, планерки, важные люди…

– И вообще, он не молод. В его-то годы и такая нагрузка! – Дина усмехнулась. – Думаю, – добавила она, – вот если бы… ну, не стало меня! Я бы его подвела! Ох, как бы я его подвела! Ведь тогда ему пришлось бы на этой жениться! – Дина засмеялась и посмотрела мне в глаза: – А вы как думаете, а? Подвела бы?

Я смутилась и только пожала плечами:

– Да кто ж их знает…

Дина кивнула и со вздохом продолжила:

– Да… хотя… они ведь прозрачны, эти мужики. И предсказуемы! И все их действия… можно просчитать до миллиметра. Не замечали? И еще… все они – жуткие трусы!

Я кивнула, сразу вспомнив Димку и Валентина. «Да, страшные трусы. Все так…»

Осмелев, я вдруг спросила:

– Простите меня… А почему… вы не уехали? Ну, в Москву? Вы же москвичка!

– Москвичка… – хмыкнула Дина, – была! Была я москвичкой! Когда-то. А сейчас… в квартире живет брат с семьей. Двое детей и один зять. Все там. Ну и тут еще я? С какого боку? Сесть им на голову? Брат ухаживал за отцом. Потом за мачехой. При чем тут я? Квартира его! И куда мне податься? Куда? Здесь мой дом. Я выстраивала его как детский конструктор – украшала и обставляла. Я люблю его. Здесь работа. Как ни крути, здесь я… человек. У меня репутация, должность. А что говорят за глаза – мне плевать! А в школе, я думаю… меня уважают! Ну, я надеюсь… Да и потом, – она улыбнулась, – этот Л. я всегда ненавидела… Дыра, захолустье. Мой самый страшный Кошмар! Кошмар с большой буквы. Гробница моя. А сейчас… я даже привыкла! Вы не поверите!.. Я смогла полюбить его тихие улицы, его нерасторопность, медлительность, провинциальность. Речку, лес из окна. Булыжную мостовую. Храм на горе. Я там… бываю. Сквер на обрыве и лавочку, где я люблю посидеть. Осенью я хожу по грибы. – Ах, как я люблю это дело! – и Дина снова заулыбалась. – Очень люблю! Осенний лес, желтые листья. Пахнет землей и дождем. Сыро и влажно. А дышится мне!.. Так легко, так свободно!

– А вы… – вдруг спросила меня Дина, – вы любите лес?

Я кивнула:

– Люблю. А город этот… ненавижу! – Я выпалила эту фразу одним махом и испугалась: – Не обидится ли?

Дина засмеялась и махнула рукой:

– Мне это понятно! Знаете, как я его ненавидела? Ох, трудно даже передать! А сейчас… нет, не полюбила – привыкла, наверное. Снова сила привычки… и это нас губит. Да и возраст… Ну, вы представьте, сколько лет вам и сколько мне. Да и сил не осталось… на перемены. Возраст, знаете ли… – странная штука! Мне ведь уже сорок девять… ни сил на борьбу, ни сил на эмоции. Даже на ненависть не осталось. Все кончились.

– А вам, Лидочка, – так Дина назвала меня в первый раз, – вам надо бежать! Скорее бежать! Прочь отсюда! И забыть этот город и этого, вашего… Как его? Да, впрочем, не важно! Только бежать! Вот я не успела… Так вы – за меня! Бегите скорее, я вас умоляю! Иначе погрязнете как в болоте, и так и останетесь здесь. Поверьте, я знаю. Вы думаете, у меня не было мыслей сбежать? А не сподобилась… И чего испугалась? Было это лет этак десять назад? Но вот ведь осталась… Наверное, все же надеялась, да… И еще, – Дина сделала паузу, – в молодости я его не любила. Ну, я говорила. А вот потом…

Мы еще помолчали, и я увидела такую неизбывную, такую ужасную грусть и боль в глазах Дианы, что мне стало страшно.

– Так вы меня поняли? – Она тряхнула головой и чуть улыбнулась: – Бегите!

– Куда, господи? – Я дернула плечом. – Куда мне бежать? Обратно в деревню? Нет, я не хочу. Не хочу в этот дом, не смогу. Куда? – повторила я. – Снова вперед? Снова купить билет, куда денег хватит, и… Так у меня и денег нет… – Тут я горько засмеялась. – Были копейки и те отобрали.

Дина внимательно посмотрела мне прямо в глаза и твердо сказала:

– В Москву, Лида! В деревне вы пропадете. Вы – умная и красивая. В Москву, Лидия Андреевна. Только в Москву!

– А в Петербург? – спросила я, вспомнив Захара Ильича.