Мэри Кайе - Далекие Шатры

Аша пугал фактор времени. По идее, бракосочетание должно было состояться через несколько дней после прибытия невест в Бхитхор, и, очевидно, Джали, как и ему самому, не приходило в голову, что может быть иначе. Но вот уже три недели прошли за бесплодными переговорами, и минуло почти два месяца после ночи песчаной бури. Если ее надежды исполнились и она забеременела, вскоре почти не останется возможности выдать ребенка за родившегося прежде срока отпрыска раджи. А если на сей счет возникнут хоть какие-то сомнения, Джали и ребенок умрут, как пить дать. Это будет проще простого. Ни один из представителей британской власти не задаст никаких вопросов, ибо смерть от родов – самое обычное дело и известие, что младшая рани Бхитхора скончалась, рожая недоношенного ребенка, ни у кого не вызовет удивления. Если бы только Джали прислала весточку! Она уже должна знать…

Той ночью Аш не сомкнул глаз. Он смотрел, как звезды медленно движутся в своих сферах и бледнеют в желтом зареве очередного рассвета, а когда солнце взошло, он снова отправился с Мулраджем и остальными в город (уже в четвертый раз на неделе), на встречу с первым министром, которая оказалась не успешнее всех предыдущих.

В четвертый раз подряд их заставили ждать в передней более часа, а когда наконец впустили, они опять ничего не добились. Ситуация оставалась тупиковой. Раджа не сомневался в своей победе и не собирался сдавать позиции, которые считал неуязвимыми. Напротив, он дал понять, что может даже потребовать более крупную сумму за женитьбу на дочери иноземки на том основании, что ему придется много заплатить жрецам за свое очищение после вступления в брак с такой женщиной. Данное мероприятие обойдется весьма дорого, намекнул первый министр, и при существующих обстоятельствах требования жениха нельзя считать необоснованными.

Аш, отвечая от имени Каридкота, указал, что все это подробнейшим образом обсуждалось более года назад. Ничто не было сокрыто от представителей Бхитхора, и достигнутая договоренность была признана удовлетворительной обеими сторонами. Следует ли заключить, что бхитхорские эмиссары не имели полномочий выступать от лица своего правителя? А если они злоупотребили своими полномочиями, безусловно, радже не составило бы труда по возвращении послов отправить в Каридкот депешу о прекращении переговоров до того времени, когда он сможет поручить более компетентным людям возобновить обсуждение условий брачного договора. По крайней мере, раджа мог остановить свадебную процессию, пока она не удалилась на значительное расстояние от своего княжества, а не позволять ей закончить путешествие. Подобное поведение, заявил Аш, несовместимо с достоинством и честью князя, а поскольку расходы на дорогу были огромными, об отказе от выплаты второй половины выкупа за принцессу Шушилу или о какой-либо прибавке к сумме, уже выплаченной за ее сводную сестру Анджали-Баи, не может идти и речи.

В ответ первый министр пообещал поставить своего господина в известность о позиции Каридкота и выразил уверенность, что дело в конце концов будет улажено к удовлетворению обеих сторон. И на этой до боли знакомой ноте встреча завершилась.

– Интересно, сколько еще времени они будут упорствовать? – спросил Аш на обратном пути в лагерь.

Мулрадж пожал плечами и угрюмо ответил:

– Пока мы не сдадимся.

– В таком случае, похоже, мы здесь задержимся надолго, ибо я не намерен поддаваться на шантаж, и чем скорее они поймут это, тем лучше.

– Но что еще мы можем сделать? – простонал Кака-джи. – Возможно, если мы предложим ему…

– Ни одной аны! – резко перебил Аш старика. – Ни одного пи. Раджа заплатит все, что должен. И даже больше, гораздо больше.

Мулрадж ухмыльнулся:

– Здорово, сахиб! Смело сказано! Но позвольте полюбопытствовать, как вы собираетесь добиться этого? Ведь в западне-то находимся мы, а не он. И мы не можем захватить форты, даже если нападем ночью.

– Я не намерен ничего захватывать, тем более форты. И не намерен пороть горячку, – горько добавил Аш. – Никто не скажет, что я действовал опрометчиво или не проявил должного терпения. Я собираюсь дать радже столько времени, сколько он захочет, и посмотреть, чье терпение иссякнет первым: мое или его. Или Бхитхора.

– Бхитхора?

– Разумеется. Разве мы не гости княжества? А в качестве таковых разве мы должны тратиться на свое пропитание и прочие нужды? Безусловно, содержать гостей – привилегия хозяина. В ближайшем времени лавочники, земледельцы, скотоводы и все, кто снабжает нас продуктами, топливом и фуражом, потребуют платы. И от нас они ничего не получат, обещаю вам. Раджа и его советники вскоре поймут, что расходы на наше содержание значительно превосходят сумму, которую они с нас требуют, и, возможно, по зрелом размышлении они решат, что для них будет дешевле пойти на уступки.