Наталия Костина - Только ты

– Иди смотри, как я буду котлетку кушать! – закричала Кирка из кухни.

Он ужасно обрадовался, снова надел тапки и уселся на диванчик наблюдать, как она ест приготовленную его мамой котлету. Кирюха неохотно ковыряла еду вилкой, потому что была неголодна, но раз пообещала – значит, нужно было есть. Пока она напоказ копалась в тарелке, он потихоньку обнял Лилю за теплые плечи, а она привалилась спиной к его груди.

– Завтра пойдем с Кирюшенцией куда-нибудь? – тихонечко спросил он прямо в ее горячее ухо, которое пахло духами и еще чем-то приятным… тем самым загадочным Франкфуртом, должно быть.

Сегодня была суббота, в кои веки свободная, потому что новых дел еще не навешали, а Ритка Сорокина таки поймала того ублюдка. Ну, дуракам, как говорится, везет! А завтра ему светило еще и воскресенье – и его счастливо и с пользой можно было провести с Киркой и Лилей… если она захочет, конечно.

– Господи, – вдруг встрепенулась женщина, – я ж тебе подарок привезла!

– Мне? – обрадовалась Кирюха.

– Ты свои подарки уже получила. Ты мне совсем голову заморочила! Идем, я тебе покажу, – это уже адресовалось Игорю.

– Вот, – женщина достала большую чашку с видами далекого города, из которого только утром вернулась. – Будешь на работе чай пить.

– Спасибо, – Игорь осторожно взял подарок в руки. – Знаешь, Лиль, я ее, пожалуй, не буду на работу брать. Еще разгрохают… Пусть тут живет, а? Буду приходить…

– …и уходить.

Лиля осеклась, смешалась и быстро отвернулась к окну. Как и зачем у нее это вырвалось? Она и сама не знала. Вовремя не прикусила язык… а сейчас прикусывать его было уже поздно. И он подумает, что она навязывается… и хочет… а действительно ли она так уж сильно желает этого? Может быть, он тоже ловит ее – на свою показную любовь к ее ребенку? Нет, это неправда. Игорь действительно души не чает в ее девочке. И это не то чтобы противоестественно, просто очень необычно… и странно. Кроме того, один раз она уже обожглась. И не хочет снова пережить разочарование… да еще и травмировать Кирку. Может быть, еще не поздно потихоньку спустить на тормозах все это… не дожидаясь, пока оно само рухнет в пропасть, набрав критическую скорость? Всю поездку она пыталась разобраться в себе и временами была так рассеяна, что главному от ее присутствия было мало толку. Хорошо, что он сам кипел энтузиазмом и таскал ее за собой как на буксире, и тыкал носом в новые идеи, и они вроде бы ничего не упустили… и, наверное, в целом командировка прошла вполне успешно.

– Могу и не уходить. – Игорь подошел и стал рядом с ней. Он очень хотел снова обнять ее, но чашка занимала руки, и он осторожно поставил подарок на книжную полку.

В самом деле! Ему совсем не хочется отсюда уходить. Абсолютно. Поэтому он сказал:

– Я не хочу бросать вас тут одних на ночь глядя. Но если ты надеешься, что я уйду утром, или после обеда, или когда кончатся котлеты… Лиль, может, оставишь меня у себя? Как почти бесполезное, но снимающее стресс домашнее животное? Я, конечно, больше и куда прожорливей Василия, и шерсти на мне маловато, и урчать я не умею – разве что свистеть, но… Я не хочу уходить. Ни сегодня, ни… вообще. Честно. И… может, ты выйдешь за меня, Лиль?

– Вот так сразу? – Женщина все не поворачивалась, чтобы он не заметил ее подозрительно заблестевших глаз. – Мы же с тобой и двух месяцев не знакомы… – нерешительно пробормотала она.

– Ничего подобного. Знакомы, и предостаточно! Мы с тобой познакомились больше года назад, в трамвае! И, между прочим, ты первая ко мне начала приставать. Вдвоем с какой-то булочкой.

Она засмеялась.

– Может, я тебе не нравлюсь?

Они оба уже знали цену слову «любовь» и не спешили им пользоваться. Они знали цену и многим другим словам… Однако их связывало некое иррациональное чувство – им обоим казалось, что они действительно знакомы не два месяца, и даже не год. Возможно, намного, намного дольше… какое-то тотальное совпадение характеров, вкусов… нет, даже не совпадение, скорее – дополнение, что намного лучше, ценнее, многограннее. Ведь именно то, что их характеры, вкусы и привычки так замечательно дополняются, и дает надежду на то, что они действительно притрутся и станут одним целым. Что им будет интересно жить рядом не неделю и не месяц… возможно, впереди у них долгие годы вместе? Страсть, нахлынувшая в первое время их близости, не сходила на нет, как это часто бывало и у нее, и у него, но уже перерастала в нечто большее… И она, и он боялись этого… и хотели… но слова, которыми она в силу своей профессии владела в совершенстве, а он – кое-как, хотя и считался у себя на работе оратором и златоустом, плохо шли с языков. Это был не тот случай… вернее, это был как раз именно тот самый случай… шанс… укол в самое сердце.