Наталия Костина - Только ты

Он молча, маленькими глотками пил воду, не глядя в ее сторону. Это был замечательный ход. Если бы он стал искать у нее сочувствия прямо сейчас, когда ее тронула его речь, то непременно бы проиграл. Но он был опытен, умен и хитер. И его IQ вплотную приближался к показателю организованного несоциального типа. Однако он был вполне социален, весьма организован и ставил перед собой вполне реальные цели. И, как правило, достигал их.

– Дядя, а что вы тут делаете?

Игорь Лысенко удивленно посмотрел вниз. На вид малышке было не больше двух с половиной – трех, но голосок у нее был весьма требователен, да и слова она выговаривала на удивление четко.

– А почему вы сидите на детской скамеечке?

Ну, что ей сказать? Что кто-то зачем-то убрал от подъезда весьма удобную лавочку, на которой он мог бы расположиться с бульшим комфортом, чем на мелком детском инвентаре? Он со вздохом встал и перебрался в машину. В ней было слишком душно, и отсюда плохо просматривался подход к подъезду. Он распахнул дверцу, чтобы обеспечить себя притоком свежего воздуха, и с хрустом развернул газету.

– А это ваша машина?

Смешная малявка встала на цыпочки и с интересом заглядывала внутрь.

– Моя, – признался он, разглядывая девчушку.

Действительно, совсем кроха. Тонкие белокурые волосики были коротко подстрижены, и никаких украшательств, вроде бантиков или заколочек, в ее спартанской прическе не было. Да и одета она была скорее как мальчишка. Синий джинсовый комбинезон, желтый свитерок и такие же желтые, без затей, спортивные тапки. Наверное, родители мечтали о сыне. А вот ему, например, больше по душе была бы дочь… наверное.

– Большая, – уважительно сказала малявка. – А вы теперь здесь будете сидеть?

– Здесь.

– А вы очень заняты?

– Ну, не слишком, – он пожал плечами.

– А вы не хотите покатать меня на качелях? А то они тяжелые, и я сама не могу…

– Давай, – обрадовался он. Родители вернутся неизвестно когда, а эта смешная белобрысая пигалица ему весьма нравилась. – Давай мне ручку!

– Нельзя давать ручку незнакомым людям, – строго сказала она.

– Понял, – согласился он. – Не буду.

Качели действительно были слишком высокими и громоздкими для такой крохи. Она безуспешно подпрыгивала, трогательно напрягая под свитерком узкую спинку, и цеплялась за поручни, пытаясь усесться на сиденье, а он стоял рядом и наблюдал. Наконец не выдержал:

– Давай-ка я тебя подсажу!

– Ну ладно, – сказала она и чинно позволила проделать с собой все необходимое. Потом поправила сползшую лямку комбинезона, покрепче уцепилась ручонками и велела: – А теперь качайте меня сильно-сильно!

Он усмехнулся и стал легонько толкать конструкцию, следя за тем, чтобы его невесомая подружка не слетела с сиденья. Но уже через минуту та недовольно сказала:

– Я же просила сильно-сильно!

– Ты держишься? – спросил он совсем как заботливый папаша.

– Ну конечно держусь! – ответствовала девчушка, и он стал раскачивать ее сильнее. Временами он так забывался, что его подопечная начинала повизгивать и заливисто смеяться. Наверное, он все-таки качал так, как было нужно.

– У тебя голова не закружится? – спросил он минут через пятнадцать.

– Нет, не закружится! – Она пролетала мимо, обдувая его приятным ветерком, и ее легкие детские волосики совсем растрепались. Однако мордаха была такой довольной, что он на время даже выбросил из головы все свои заботы: индюков, маньяка, а также постоянные разборки и выволочки, которые устраивали ему родители, не понимавшие, что мальчик уже вырос. И зачем им нужно, чтобы он непременно остепенился и обзавелся семьей? Что он может дать семье? И какая семья стерпит его хроническое отсутствие, особенно в выходные, которых у него почти никогда не бывает… Наблюдая, как радуется эта кроха, он тоже непроизвольно начал улыбаться.

Однако она покачалась еще немного и вскоре распорядилась:

– Хватит! Другим тоже покататься надо, – пояснила она, и тут только он заметил рядом еще одного карапуза, который, нетерпеливо вытянув шею, ждал, когда же вожделенный аттракцион освободится.

– Тебя тоже покачать? – спросил он. Родители где-то застряли, и, видимо, надолго, так что свободным временем он располагал.

– Его мама покачает, – ревниво сказала девчушка. – А ты иди со мной!

– Какая у вас дочка строгая! – улыбнулась ему молодая женщина.

– Теперь я буду по лестнице лазать, а ты внизу стой. Если я буду падать, ты будешь меня ловить.