Джонатан Франзен - Свобода

Вернувшись в отель поздно вечером, Уолтер и Лалита впервые пережили нечто вроде настоящей ссоры. Они намеревались на несколько дней отправиться в Миннесоту – побывать на Барьер-стрит, на Безымянном озере и в Хиббинге, а заодно по возможности разыскать Митча, но теперь Лалита требовала ехать прямо в Западную Вирджинию.

– Половина наших последователей зовет себя анархистами, – сказала она. – И это не просто так. Нужно ехать туда немедленно и обеспечить тыл.

– Нет, – сказал Уолтер. – Мы специально отложили Сент-Пол на потом, чтобы провести здесь несколько дней и отдохнуть. Разве ты не хочешь повидать места, где я вырос?

– Конечно, хочу. Давай повидаем их чуть позже. Например, в следующем месяце.

– Но мы уже здесь! Никому не повредит, если мы проведем здесь два дня, а потом поедем в Вайоминг. Тогда не придется делать крюк. Зачем проезжать лишних две тысячи миль?

– Почему ты так говоришь? Почему не хочешь на время позабыть о прошлом и заняться тем, что по-настоящему актуально?

– Потому что таков был наш план.

– План, а не договор .

– И я, знаешь ли, немного беспокоюсь о Митче.

– Ты ведь его ненавидишь.

– Но я при этом не хочу, чтобы он остался на улице.

– Да, но один лишний месяц ничего не решит, – сказала Лалита. – А потом мы сразу вернемся.

Уолтер покачал головой.

– Еще мне нужно взглянуть на дом. В нем больше года никого не было.

– Уолтер, нет. Есть мы с тобой, есть наше дело, и нужно заниматься им прямо сейчас.

– Мы можем оставить фургон здесь и отправиться в Вирджинию самолетом или взять машину напрокат. В конце концов, потеряем всего один день. У нас останется еще целая неделя. Пожалуйста, соглашайся – ради меня.

Лалита взяла его лицо обеими руками и умоляюще взглянула на него.

– Нет, – сказала она. – Это ты, пожалуйста, соглашайся. Ради меня.

– Ты это сделаешь, – сказал он, отстраняясь. – Ты полетишь, а приеду через пару дней.

– Почему ты так себя ведешь? Из-за Сета и Мерри? Они заставили тебя вспомнить прошлое?

– Да.

– Ну так выкинь это из головы и поезжай со мной. Нам нужно оставаться вместе.

Словно холодный ключ на дне теплого озера, в душе Уолтера пробилось давнее шведское уныние – ощущение, что он не заслуживает такой подруги, как Лалита; что он не создан для свободы и романтического героизма; что ему нужна скучная обстановка постоянного недовольства, с которой он мог бы бороться и чувствовать себя живым. Уолтер понимал: с появлением этих ощущений возникает новая ситуация – недовольство Лалитой. Было бы лучше, подавленно подумал он, если бы она поскорее поняла, что он собой представляет. Что он похож на брата, отца и дедушку. И Уолтер снова покачал головой.

– Я не стану менять планы, – сказал он. – Мне на два дня нужен фургон. Если не хочешь ехать со мной, купим тебе билет на самолет.

Все бы изменилось, если бы Лалита заплакала. Но она была упряма, энергична и сердита, поэтому утром Уолтер отвез ее в аэропорт и извинялся до тех пор, пока девушка не велела ему замолчать.

– Все нормально, – сказала она. – Я успокоилась и уже не переживаю. Все мы делаем то, что должны. Позвоню, когда доберусь. Увидимся.

Это было в воскресенье. Уолтер позвонил Кэрол Монаган и поехал знакомыми улицами на Рэмзи-Хилл. Блейк срубил несколько деревьев во дворе, но в остальном Барьер-стрит почти не изменилась. Кэрол тепло обняла Уолтера, толкнув его грудью, что не наводило на мысль о родственных чувствах, а потом в течение часа они старательно изображали друзей, в то время как двойняшки с воплями носились по гостиной, а Блейк, явно нервничая, то входил, то выходил.

– Я очень хотела тебе позвонить, как только все выяснила, – сказала Кэрол. – Просто держала себя за руки, чтобы не набрать твой номер. Не понимаю, отчего Джоуи не захотел сам рассказать.

– У него возникли некоторые разногласия с матерью, – ответил Уолтер. – И со мной тоже.

– Как там Патти? Я слышала, вы разошлись.

– Да.

– И я не собираюсь молчать, Уолтер, я выскажусь, пусть даже откровенность всегда мне вредила. По-моему, у вас давно дело шло к разводу. Она же ужас как с тобой обращалась. Видимо, думала, что все должны плясать вокруг нее.

– Знаешь, Кэрол, ситуация довольно сложная. И, в конце концов, она теперь свекровь Конни. Поэтому, надеюсь, вы сможете каким-то образом договориться.

– Ха. Нам вовсе не обязательно видеться, поэтому за себя-то я не беспокоюсь. Надеюсь, Патти наконец поймет, что у моей дочери золотое сердце.