Джонатан Франзен - Свобода

Мать Джонатана, Тамара, которая явно раньше была горячей штучкой, да и теперь сохранила определенную привлекательность, показала Джоуи роскошную спальню и ванную, которыми ему предстояло пользоваться единолично.

– Джонатан рассказал, что ты еврей, – сказала она.

– Оказалось, что да, – ответил Джоуи.

– Но не практикующий?

– Я даже не знал об этом до прошлого месяца.

Тамара покачала головой.

– Не понимаю такого, – сказала она. – Я знаю, так часто бывает, но я этого никогда не пойму.

– Не то чтобы я был христианином или еще кем-то, – попытался оправдаться Джоуи. – Эта тема вообще не поднималась.

– Ну, здесь тебе рады. Тебе, наверное, будет интересно узнать немного о своей культуре. Мы с Говардом не ортодоксальные евреи, просто мы считаем, что важно знать и помнить о своем наследии.

– Они тебя загонят в свои рамки, – сказал Джонатан.

– Мы будем очень нежны, обещаю, – сказала Тамара с улыбкой Мамаши, Которую Хочется Трахнуть.

– Круто, – ответил Джоуи. – Я готов.

При первой же возможности мальчики сбежали в подвал, оснащенностью превосходивший даже гостиную Блейка и Кэрол. На голубом фетре бейсбольного стола красного дерева можно было играть в теннис. Джонатан научил Джоуи сложному, бесконечному, вгоняющему в тоску “ковбойскому бильярду”, для которого требовался стол без механизма собирания шаров. Джоуи как раз собирался предложить перейти к аэрохоккею, в котором был невероятно крут, как вдруг в подвал спустилась Дженна. Небрежно поприветствовав Джоуи с высоты двухгодичной разницы в возрасте, она принялась обсуждать с братом какие-то семейные дела.

Внезапно Джоуи понял, каково это, когда на самом деле “захватывает дух”. Дженна была красива невероятной красотой, которая отодвигала на второй план все остальное – даже базовые потребности организма смотрящего. Ее фигура, цвет лица и повадка заставляли признать, что все прочие “красотки”, которые раньше ему нравились, лишь отдаленно приближались к настоящей красоте; даже фотографии не передавали ее истинной прелести. Ее густые белокурые волосы отливали золотом. Одета она была в слишком большой пуловер с эмблемой Университета Дьюка и фланелевые пижамные штаны, которые, не скрывая прелести ее фигуры, казались самыми мешковатыми штанами на свете. Все предметы в комнате теперь были примечательны лишь тем, что не были ею, в остальном же они были одинаково второсортны. Скользнув по ней взглядом, Джоуи был так потрясен, что даже не рассмотрел ее в подробностях. Все это было очень странно. Он ничего не мог поделать с собой и просто смотрел в пол с тупой ухмылкой, слушая, как они с братом, который каким-то образом не потерял дар речи, обсуждают ее план поехать в пятницу в Нью-Йорк.

– Не забирай у нас “лендкрузер”, – сказал Джонатан. – В кабриолете мы с Джоуи будем выглядеть как пара супругов.

Единственным недостатком Дженны был ее писклявый голосок.

– Ага, парочка супругов в сползших штанах, – хихикнула она.

– Почему ты не можешь поехать в Нью-Йорк в кабриолете? Ты же уже туда на нем ездила?

– Мама запрещает. Не в праздники. “Лендкрузер” безопаснее. Я вернусь в воскресенье.

– Шутишь? “Лендкрузеры” постоянно переворачиваются. Они жутко опасные.

– Скажи это маме. Скажи, что у тебя опасная машина, она постоянно переворачивается и поэтому я не могу поехать на ней в Нью-Йорк.

– Слушай. – Джонатан повернулся к Джоуи. – Хочешь в Нью-Йорк на выходные?

– Конечно! – воскликнул Джоуи.

– Возьмите кабриолет, – сказала Дженна. – Потерпите три дня.

– Нет, мы можем поехать туда все вместе в “лендкрузере” и походить по магазинам. Поможешь мне купить штаны на свой вкус.

– Не вариант. Во-первых, вам даже негде остановиться…

– А почему мы не можем остановиться с тобой у Ника? Он же вроде как в Сингапуре.

– Нику вряд ли понравится, что толпа первокурсников носится по его квартире. К тому же он может вернуться в субботу вечером.

– Двое – это не толпа. Только я и мой невероятно аккуратный сосед из Миннесоты.

– Я очень аккуратный, – уверил ее Джоуи.

– Не сомневаюсь, – сказала она скучающе. Присутствие Джоуи тем не менее заставило ее заколебаться – с ним она не могла вести себя так же презрительно, как с младшим братом. – Мне-то плевать. Я спрошу у Ника. Если он будет против, тогда нет.

Когда она ушла наверх, Джонатан хлопнул Джоуи по плечу.

– Нью-Йорк, Нью-Йорк! – воскликнул он. – Можем завалиться к родственникам Кейси, если Ник, как обычно, окажется уродом. Они живут где-то в Аппер-Ист-Сайд.