Джонатан Коу - Номер 11

— Но, сэр, мы же договорились не предпринимать поспешных…

— Проехали, Пилбим, я веду этого человека на допрос. Аркрайт, помещение для прессы готово?

— Помещение для прессы? Но его нельзя там допрашивать. Как вы его приведете туда, где берут интервью у лауреатов премии? Там полно фотографов и теле камер.

Полицейские, освободив сэра Питера от ножа и заломив ему руки за спину, начали подталкивать его к выходу; арестованный упирался. Натан предпринял отчаянную попытку:

— Со всем уважением, сэр, но нам нечего предъявить сэру Питеру, абсолютно нечего.

— Хватит , Пилбим! — Голос Кондоуза явственно напоминал рычание. — Возвращайтесь на свое место и развлекайтесь дальше, а энергию приберегите на то, чтобы произвести впечатление на вашу весьма привлекательную спутницу.

После чего Кондоуз поспешил вдогонку за группой офицеров, уводивших сэра Питера — окончательно обалдевшего и более не сопротивлявшегося, — из обеденного зала туда, где сбились в стаю представители СМИ. Мало кто из гостей заметил арест сэра Питера, что, впрочем, неудивительно: операцию провели быстро и четко, а помыслы большинства в зале были целиком заняты грядущим десертом.

— Натан, дорогой, все в порядке? — спросила Люсинда, когда он вновь сел за стол. — Ты выглядишь взволнованным.

И верно, он был очень взволнован: иначе от слова «дорогой» — первого вербального выражения нежных чувств со дня их знакомства — он бы сомлел и растаял. В данных же обстоятельствах он едва ли не пропустил это слово мимо ушей.

— Меня отстранили от дела. И боюсь, старший инспектор Кондоуз наломает дров. А сколько работы проделано… — Натан грустно вздохнул: — Ужасный вечер.

— Разве? — с некоторой обидой переспросила Люсинда. — Но здесь так мило, и столько известных людей вокруг, и вкусная еда, и… я думала, тебе нравится проводить со мной время.

— Конечно, нравится ! — чистосердечно признался он.

— Может, эта путаница с гостиничными номерами…

— Нет, это не проблема. Прости мою мрачность. Видишь ли, я чувствовал — инстинктивно… да что там, я был уверен , что сегодня вечером найду доказательство, которое решит все дело. Но пока… ничего.

— Вечер еще не закончился, — напомнила Люсинда.

— Да, — уныло согласился Натан.

— Послушай, милый, — она накрыла его руку ладонью, — просто расслабься и наслаждайся моментом. Выпей еще вина.

Милый! Из «дорогого» в «милые» его повысили за каких-нибудь несколько секунд. И все равно он не ликовал. Оставив попытки развеселить его, Люсинда повернулась к Дориану, их говорящему меню, тот как раз готовился объявить о новом блюде.

— Леди и джентльмены, и — думаю, я уже могу вас так называть, — друзья, вот-вот прибудет ваш десерт. Наш шеф, из опасений вас перекормить, приготовил нечто воздушное. Вам подадут стаканчики с тонким слоем творожного сыра, сдобренного ежевикой, поверх опять слой творожного сыра — пенистого, как суфле, — сдобренного лимонами Мейера и украшенного дикой черникой с Аляски под цедрой лимона Мейера, и все это сервировано на крошках шотландского печенья, изготовленного на чистом масле.

— Мм, вкуснотища, — сказала Люсинда, когда перед ней поставили стаканчик с десертом. — Обожаю чизкейк. Ведь по сути это чизкейк, верно? — Вопрос был адресован Дориану.

— По существу, да, мадам, это чизкейк.

Его ответ мигом вывел Натана из задумчивости. Он в упор уставился на Дориана, сознавая с щекочущей нервы, но и одновременно гнетущей уверенностью, что смотрит в глаза КристиМолри2 . Он также понимал, что Райану Кверки грозит смертельная опасность. Фразы из блога завертелись у него в голове.

…Ненавижу этих сраных леволиберальных комедиантов, ублажающих средний класс, и призываю вас к тому же. По существу, я считаю крайней необходимостью стереть их с лица земли, иначе мы никогда не соберемся с силами и не одолеем наш прогнивший, коррумпированный и съедающий душу истеблишмент. Долой комедию!

Как он получил работу на церемонии и закрепил за собой стол номер 11, эти детали еще предстояло выяснить. Однако было предельно ясно, что он явился сюда исключительно с целью совершить убийство. И времени терять было нельзя.

Натан нырнул под стол — движением быстрым, но не слишком элегантным, поскольку по ходу дела стукнулся лбом о столешницу и тем самым привлек внимание окружающих. Несмотря на боль от удара, Натан вцепился в ноги Дориана. Далее гости стали свидетелями диковинного, с их точки зрения, представления: внезапно бестелесную голову, торчавшую посреди стола, резко потянули вниз, в то время как хозяин головы, крепко ухватившись за края отверстия, звал на помощь. Кое-кто из гостей — в том числе Райан Кверки — попытались вытащить его наверх, и это перетягивание человеческого тела вместо каната привело к тому, что стол перевернулся под какофонию воплей и восклицаний.