Джеймс Хайнс - Рассказ лектора

Нельсон заморгал, не в силах говорить от ярости. В пальце пульсировала боль.

Кралевич повернулся, сунул пустую трость под мышку и пошел прочь. Лотарингия семенила следом, пытаясь на ходу вытащить из книги клинок. В конце прохода ей это удалось; книга с легким стуком упала на ковер.

В сгущающихся сумерках Нельсон шел через площадь. Сердце все еще колотилось, на лбу замерзал пот. Он прижимал рукой парку, чтобы катышки не высыпались. Расчищенные участки асфальта и ступени Торнфильдской библиотеки припорошило снегом, по периметру площади один за другим зажигались фонари. В их ярком свете клубился пар от дыхания. Нельсон огляделся; над стеклянной крышей книгохранилища, словно в игрушечном снежном шаре, кружили подсвеченные снежинки. Белый циферблат показывал половину шестого. Дома ждут. Нельсон, все еще тяжело дыша, повернул к автобусной остановке.

Он не хотел попасть на глаза коллегам, распаренный, в драной куртке, поэтому решил пройти проулком между университетской стоянкой и магазинами на Мичиган-авеню. Ярко освещенные участки чередовались здесь с темными, замусоренными. Несмотря на холод, пахло мочой и пивом.

Дыхание постепенно успокаивалось. Нельсон остановился в полосе света перед раскрытой задней дверью магазина и осторожно отвел руку от парки. Струйка белых катышков посыпалась по нейлону. Несколько шариков прилипло к ладони. Промозглый ветер раздувал парку. Нельсон застывшими пальцами отыскал молнию. Палец был холодный и почти не слушался.

— Помогите бездомному, сэр! — эхом прокатилось в проулке.

Нельсон, застегивавший молнию, замер на полпути к воротнику. Он обернулся и увидел только косые тени и снег в лучах фонарей. Он посмотрел вперед. Фу Манчу стоял в нише, привалившись спиной к задней двери ресторана и скрестив могучие лапищи на груди. Голова его была обмотана платком-флагом, плечи он укрыл ветхим клетчатым одеялом. Лампочка над дверью мигала, освещая Фу Манчу, как фигуру в комнате ужасов.

Вместо того чтобы повернуть назад, Нельсон наклонил голову и быстро прошел мимо.

— Спасибо большое, козел, — крикнул Фу Манчу ему вслед.

Нельсон снова остановился. Неровный свет падал на лоб бездомного, рот и глаза были в тени. Потом лампочка погасла, так что остались видны лишь кулаки и нос.

— Что ты сказал? — спросил Нельсон.

— Что слышал.

Лампочка зажглась, и Нельсон увидел падающий снег. Фу Манчу выставил подбородок и замерзшими пальцами плотнее закутался в одеяло.

— Иди, иди. Не нужны мне твои сраные деньги.

Нельсон пошел на бездомного. Тот качнул головой из стороны в сторону, пряча пальцы в складках одеяла.

— Не подходи, падла, — сказал он. — Убью.

Лампочка затрещала и погасла. Фу Манчу выступил в проулок, черный на фоне освещенной двери соседнего магазина.

— Н-да? — Нельсон подошел на расстояние вытянутой руки. Палец горел абстрактно, словно у кого-то другого.

— Ступай своей дорогой, приятель. — Фу Манчу покачал в темноте головой. — Я сегодня добрый.

— Хочу тебя кое о чем попросить, — сказал Нельсон, сгибая пальцы на обеих руках.

Сзади зажегся свет. Фу Манчу сбросил одеяло, оставшись в майке и джинсовом жилете. Руки у него были голые. Он шагнул к Нельсону, выпятив грудь и сжимая кулаки.

— Чего тебе? Отсосать?

Нельсон начал смеяться. Лампочка снова затрещала и быстро замигала. Фу Манчу размахнулся; в стробоскопическом свете его кулак приближался, словно в замедленной съемке. Нельсон перехватил его руку и крепко стиснул. Палец болезненно разрядился.

— Нет, — сказал Нельсон, сжимая зубы. — Я хочу, чтобы ты умер.

Ему потребовались все силы, чтобы удержать руку Фу Манчу, но внезапно она ослабла, словно внутри бездомного выключили рубильник. Лампочка снова вспыхнула, ослепив Нельсона.

— Господи! — выговорил Фу Манчу.

Глаза его закатились, он захрипел. Нельсон отдернул руку. Бездомный медленно завалился набок и рухнул на битое стекло и грязный асфальт.

Нельсон наклонился над ним, тяжело дыша и ничего не чувствуя. Снежинки падали ему на брови. Фу Манчу лежал, подняв колени, и таращился в черное небо над фонарем. Губы его по-прежнему шевелились, однако во рту только глухо булькало, как в раковине. Он дернулся, перекатился на спину и выбросил вперед ногу. Воздух с шипением вырывался из горла, топорща усы.

Еще не понимая, что делает, Нельсон опустился на колени рядом с бездомным. Может быть, от холода, но его бил озноб, руки дрожали. Он осторожно коснулся лежащего и тут же отдернул ладонь, лотом трясущимися пальцами тронул его подбородок. Кожа Фу Манчу уже начала остывать.