Катрин Пулэн - Лили и море

В один прекрасный день возвращаемся в порт. Я вся продрогла. Мне хотелось думать, что я еду домой, но дома-то у меня нет. Никогда более. Меня мучили кошмары. Мы снова в море — в заливе Вьекода. Тут я падаю в трюм с рыбой, где тысячи лососей плавают в грязной воде, густой от слизи и крови. Ночью идем в залив Изут, где нас ждут другие корабли, чтобы перегрузить свой улов и снова наполниться. Продвигаемся вперед ночами.

Остров заключил меня в объятия своих черных скал. Я снова возвратилась на «Веселую Джун», ключ был спрятан под выступающим краем навигационного мостика, чувствовался запах дизельного топлива и влажных плащей. В прачечной самообслуживания я познакомилась с мужчиной, который играет в гольф и ловит красного лосося. Я пошла, хромая, до его корабля, который носит имя «Дженни». Он сварил кофе и приготовил попкорн. После этого мне стало лучше. Я пошла на почту. Служащий протянул мне письмо, я узнала крупный почерк. Старый сверток был запечатан чем-то вроде черной массы для лепки — гудрон? Я помчалась в Баранов-парк и легла под большим кедром. Я развернула письмо от Джуда, помятое, запачканное жиром и пивом, как и предыдущее. Я прочитала его. По необъятному летнему небу плыли облака. Я заснула. Мне снилось, что я на палубе корабля. Вокруг меня буря. Ледяные волны накатывают и разбиваются на моей голове. Рядом работают мужчины, завернутые в огромные непромокаемые плащи, мужчины без лица из фильма Йана. А я почти голая барахтаюсь в серой воде, которая вскоре дойдет мне до талии. Я ничего не боюсь. Ни усталости, ни холода. Лишь бы мужчины были довольны мной и я хорошо выполняла свою работу. Я становлюсь настоящим рыболовом. Во время пробуждения солнце сквозь ветки освещало мое лицо. Я выпрямилась. Люпины создавали пятна, которые качались перед маленьким музеем Баранова. Тогда я пошла к дороге. Пересекла ее лицом к голубой воде и парому — он отправлялся в Датч-Харбор вечером. Я могла бы поехать в Датч, подумала я, найду себе работу на корабле, который ловит крабов. Но сейчас не сезон. А, впрочем, что мне делать на палубе с больной ногой? Это изгнание, подумала я. Я вернулась. Сложила вещи в сумку. Я забралась на складное кресло в рулевой рубке и стала ждать его.

Джон постучал в оконное стекло, я узнала худое и бледное лицо за стеклом, бесцветные глаза под нанизанными выцветшими ресницами, которыми он иногда моргал, как если бы свет ранил их. Я открыла дверь. Тонкая полоска губ изогнулась в робкой улыбке. Рабочий комбинезон болтался на костлявом теле, на волосы, которые были желтого цвета и походили на паклю, он надвинул очень грязную кепку.

— Похоже, плохи дела, — сказал он, входя.

Я усадила его. Как раз я готовила кофе. Я протянула ему сигарету, и он пошел выплюнуть комок жевательного табака в мусорное ведро.

— Ты должна прийти ко мне через какое-то время. Мой дом находится у Бэл Флэт в двадцати милях отсюда. Я тебе сделаю согревающий влажный компресс из растений, и это тебя быстро вылечит.

— Спасибо, Джон, но я предпочитаю оставаться в порту.

— Иногда я пишу политические памфлеты. Ты мне должна сказать, что ты об этом думаешь.

— О чем пишешь, Джон?

— О жизни.

— Однажды ты мне их покажешь.

Он пожал плечами. Его губы снова тронула — пусть и с примесью горечи — чуть насмешливая улыбка.

— Мне очень будет нужна твоя помощь, как только твоей ноге станет лучше. У меня есть работа в доках: нужно вырыть вторую траншею, а также время от времени поливать «Моргана». Древесина еще достаточно влажная и законопаченные щели могут рассохнуться. А затем еще нужно будет покрыть палубу льняным маслом.

— Сделаю, как только смогу. — Я начинаю по-настоящему сердиться. — Я жду чек от Энди, но это долгая история.

— Я не могу дать тебе больше, чем в прошлый раз, как и прежде это двадцать долларов в день. Ты ведь понимаешь, что это связано с работой на «Моргане» и потерянным сезоном…

Двадцать долларов позволят мне всегда быть сытой и даже отложить немного про запас.

— Ты знаешь, что через месяц будет открытие сезона ловли палтуса? Двадцать четыре часа беспрерывной работы.

— Да.

— Ты могла бы найти место на хорошем корабле, сейчас, когда ты отработала сезон ловли трески и последнюю рыбалку на палтуса. Будет возможность для тебя быстро заработать денег.

— Я и не знаю, осмелюсь ли я однажды вернуться к рыбной ловле. Вечно со мной происходят неприятности. В прошлый раз меня угораздило свалиться в трюм.

Он смеется.