Владимир Малик - Тайный посол. Том 2

– Первый готов! – сказал он, вернувшись в комнату.

Кара-Мустафа мрачно взглянул на Мурада.

– Зови Каплан-пашу!..

До самого вечера продолжалась расправа. Устал великий визирь. Устали палачи. Капуджи-«виселица» еле волочил ноги: шутка ли повесить на собственных плечах пятьдесят одного пашу!

Весть о жуткой казни быстро разнеслась по городу. Ледяным холодом наполнялись сердца тех высших военачальников, которые в этот день остались живы. Каждый ждал своей участи…

Крымский хан и граф Текели наказания избежали, укрывшись в своих отрядах.

В ту же ночь Кара-Мустафа выехал из Буды в Белград. Здесь, в своем роскошном дворце, не отдыхая, сел писать объяснение султану. Всю вину за поражение свалил на Мюрад-Гирея, Текели и на пашей. Красочно описал, как они изменили или проявили трусость и слабоволие. Затем сообщил, что казнил виновных через повешение, а Мюрад-Гирея, который, взяв от Собеского большой бакшиш [146], первым бросился бежать с поля боя, он властью, данной ему падишахом, лишил трона. В завершение заверил султана в преданности и пообещал, собрав силы, остановить армии союзников, а потом разбить их…

Закончив, собственноручно переписал начисто, свернул письмо трубкой, обвязал зеленой лентой, приложил печать и только тогда позвонил в колокольчик.

Явился Мурад-ага.

– Пришли ко мне Сафар-бея и Асен-агу, а также приведи невольницу Адике. И сам готовься к отъезду в Стамбул.

Когда Ненко и Арсен в сопровождении Мурад-аги вошли в покои великого визиря, уже светало, но в подсвечниках все еще горели свечи. За широким, с резьбой столом сидел осунувшийся, с более темным, чем обычно, лицом Кара-Мустафа и грустными глазами, в которых, казалось, блестели слезы, смотрел на стоявшую перед ним нарядно одетую девушку.

Это была Златка.

Увидев Арсена и Ненко, она вскрикнула и побледнела, но быстро овладела собой и опустила на лицо тонкую шелковую вуаль.

Молодые чауши тоже были поражены неожиданной встречей. Они даже забыли, как велел этикет, низко поклониться великому визирю.

Однако Кара-Мустафа сидел молча в кресле и, как завороженный, не сводил глаз со Златки. Кроме нее, никого не замечал.

Наконец тяжело вздохнул и едва уловимым жестом руки отпустил девушку.

– Иди! – сорвалось с губ единственное слово.

Златка пошла к выходу, и тут же из темного угла к ней шагнули Фатима и Джалиль. Ни Арсен, ни Ненко сначала не заметили их.

Проходя мимо Арсена, Златка подняла голову, чуть приоткрыла шаль… Кровь так и бросилась в голову Арсену. Во взгляде девушки были и любовь, и боль, и мольба… Она будто спрашивала с укоризной: милый, когда же ты освободишь меня?

Как он сдержался, не натворил беды – и сам не знал. Мелькнула было молнией мысль – выстрелить из пистолета в Кара-Мустафу, ударить ятаганом Мурада, а потом, схватив Златку, бежать…

Но далеко ли убежал бы?

Златка скрылась за дверью. Исчезла, как сон.

Чауши переглянулись и запоздало поклонились великому визирю, застывшему черной статуей.

Прошло несколько тяжких минут, прежде чем Кара-Мустафа обратил на них внимание. Он еще раз вздохнул, затем вышел из-за стола, держа в руках свиток бумаги.

– Поедете в Стамбул! – сказал устало. – Отвезете падишаху мое письмо… Коней не жалейте. Покупайте свежих – деньги на это у вас будут… Я хочу, чтобы это письмо попало в мобейн раньше, чем туда дойдут слухи о поражении под Веной. Султан должен знать правду! Но лучше эту горькую правду скажу я, чем недруги мои… Вы меня поняли?

– Да, наш повелитель.

– Второе… С одним письмом являться пред светлые очи падишаха не годится. Султаны тоже любят подарки. С вами поедет Мурад-ага во главе отряда моих телохранителей. Кроме того, что он будет охранять вас в дороге, он повезет от меня в подарок султану девушку-невольницу. Вы ее только что видели. Султан давно прослышал о ее красоте – пусть теперь утешится! Берегите эту невольницу как зеницу ока. Вслед за вами я вышлю падишаху обоз австрийских девушек-пленниц. Они прибудут в Стамбул позже, однако скажите о них султану чтобы знал…

Услыхав, что Кара-Мустафа решил подарить Златку султану, Арсен чуть было не лишился чувств. Из одной неволи девушка попадет в другую – еще более страшную! Как говорится, из огня да в полымя… Если не посчастливится вызволить в дороге, попробуй-ка вырви ее тогда из султанского гарема!

Ненко понял состояние Арсена, незаметно коснулся локтем его руки: мол, держись, друг! И тут же поспешил поклониться великому визирю, заверив его: