Арина Теплова - Птичка

Аглая напряглась от его унижающих бьющих слов, подбирая в своей головке должный ответ этому наглецу. Дмитрий же воспользовавшись заминкой девушки, сделал два шага к ней, и его ладонь с вызовом прикоснулась, а затем прошлась по ее шее к груди. Его глаза, не отпускали взгляда с темных ореховых прелестных глаз Глаши, а холодное циничное выражение его взгляда, явно говорило о том, что он намерен сделать что-то гадкое. Следующее движение Скарятина, было верно разгадано Аглаей. Едва рука Дмитрия устремилась к выпуклости ее груди, как девушка со всей силы ударила его ладонью по правой руке, и как можно болезненнее. Поджав губы, молодой человек тут же опустил руку.

– Мне не нужны Ваши советы, сударь! – воскликнула Глаша. – Да я дочь купца, и оттого с детства могу постоять за себя! И если Вы еще раз посмеете прикоснуться ко мне, – произнесла она с вызовом, обходя его, с угрозой смотря в его помрачневшие глаза. – Я ударю Вас чем-нибудь тяжелым, например кочергой!

– Да уж хорошим манерам Вам еще учиться и учиться, – парировал Дмитрий, оборачиваясь к ней, и смотря ей вслед, когда она уже устремилась к двери из музыкальной гостиной. Аглая резко обернулась к нему и произнесла:

– Ваши манеры, тоже оставляют желать лучшего.

– Я буду следить за Вами Аглая Михайловна, – с угрозой в голосе проскрежетал Скарятин, сверкая ледяным недовольным взглядом. – И если Вы допустите хотя бы один промах, уж я постараюсь, чтобы Николай никогда не женился на Вас.

В ответ Глаша смерила его высокую поджарую фигуру недовольным взрывным взглядом и, отвернувшись от него, исчезла за дверьми.

– Иди пока, моя птичка. Смотри только не опали крылышки, – заметил ехидно ей в след Дмитрий, прищурившись.

Третьего ноября было прохладно и солнечно. В тот день Скарятины были приглашены на охоту в имение на окраине Петербурга, к князю Лопухину. Утром около девяти Дмитрий с Полиной уже гарцевали на лошадях у парадных ворот особняка Скарятиных, дожидаясь Николая и Аглаю. Вера Кирилловна не захотела поехать с молодыми людьми, ссылаясь на недомогание. Едва на крыльце появился Николай, а за ним и Глаша, Дмитрий скорчил недовольную мину. Похлопывая своего жеребца по шее, он недовольно произнес:

– Отчего так долго?! Охота назначена на десять, наверняка зверя без нас затравят.

Николай нервно взглянул на брата и махнул конюху, чтобы тот подвел оседланных лошадей.

– Добрый день Полина Сергеевна, – сказал Николай Лачиновой. Полина, одетая в темно бордовую амазонку, важно восседала на кобыле караковой масти.

– Здравствуйте, Николай Петрович, – жеманно ответила Полина, проигнорировав Аглаю. Глаша в ответ лишь наклонила голову в знак приветствия и опустила глаза. Николай помог девушке сесть на светлую кобылу, и сам ловко взобрался в седло. Наконец, вся четверка молодых людей могла отравиться на охоту в поместье князя Лопухина. Всадники тронулись в путь и едва подъехали к ажурным воротам, как им на встречу вылетел поверенный в военной форме. Без предисловий поверенный осадил лошадь, и вперился взглядом в Николая.

– Поручик Скарятин, Вас срочно вызывают в военное ведомство, – прочеканил военный, отдав честь Николаю.

Нахмурившись, Николай обвел всех молодых людей медленно взглядом и обратился к курьеру:

– Это срочно?

– Да, – прочеканил военный. – Вы должны явиться к командующему немедленно.

– Я понял, спасибо корнет, – кивнул Николай. Военный отдал честь и, развернув коня, так же стремительно исчез за воротами усадьбы, как и появился.

– Что ж Вам придется поехать на охоту без меня, – заметил Николай печально.

– Я останусь, – заметила быстро Аглая, совершенно не желая быть в обществе Дмитрия и Полины, которые недолюбливали ее.

– Отчего же голубка моя? Поезжай. Дмитрий присмотрит за тобой, ведь так? – спросил громко Николай, устремив напряженный взор на брата. Дмитрий смутился и нахмурился. Его голубой взгляд переместился с брата на бледное личико Аглаи и обратно на приветливое лицо брата.

– Присмотрю, – как-то недовольно буркнул старший Скарятин. Аглая испуганно метнула взгляд на высокую фигуру Дмитрия в сером костюме для верховой езды и поджала губки. Она быстро приблизила свою лошадь вплотную к лошади Николая и ласково прошептала жениху:

– Я не хочу ехать без тебя, Николаша.

– Поезжай, развейся. А я туда и обратно, к обеду вернусь, – заметил ласково Скарятин, погладив теплой ладонью ее ручку, затянутую в светлую перчатку. Аглая промолчала и неуверенно кивнула в ответ.