Евгений Рякин - Путь

— Так он-то что, рассказывай?! Начал предпринимать шаги? — снова нетерпеливо заелозила Оливия по ягодицам подруги и сильно потёрла шею у затылка.

— Ой, — даже поморщилась Бо и продолжила. — Дальше он зачем-то начал рассказывать про бывшую. Ты можешь себе это представить? Про Алису, бывшую свою. Вспоминает, мол, как наваждение.

— Офигеть! Вот дурак!

— Вообще! Рассказывал, что любит её и о ней постоянно думает. Меня аж затрясло, когда он о ней заговорил. Вот зачем он это сделал, скажи? Наверное, чтобы я не думала, что одна такая, а? Или подколоть решил?

— Может быть, он просто не хочет серьёзных отношений? — подкинула мысль Оливия.

— Может быть! Но я это уже проходила! — раздражённо ответила Бо. — Удобно жить в своё удовольствие — любить одну, пожаривать другую. Может, ему только секс от меня и нужен?

— Да с чего ты взяла, что только это? А вдруг он просто устал быть один и ищет серьёзную спутницу жизни! — прошлась по позвонкам Лив.

— Ага, устал! Если мужчина действительно ищет, если хочет добиться женщины, то он цветы дарит, ухаживает, так ведь? Ой, больно.

— Потерпи, родная. Так конечно. В кафе водит, за ручку гуляет.

— Вот! А если он сначала штаны снимает, то что это значит?

— Я… Я не знаю… А что это значит?

— Это значит, что ему в первую очередь нужно раздвинуть мне ноги, а до всего прочего и дела нет!

— То есть он сначала штаны снял? — потёрла между лопаток кулачками Лив.

— Он только штаны и снял, представляешь?

— Ужас! — даже приостановила массаж Оливия, не веря, что мужчины способны на такую глупость.

— Сел рядом, а у самого торчит в трусах! Хорошо, кстати, точит! — вдруг хмыкнула Бо.

— Ну, хорошо — это сколько? — заинтересовалась Оливия.

— Вот так как-то, — покряхтев, показала расстояние между ладонями Бо и добавила, — Но я вживую-то не видела, до этого дело так и не дошло.

— А! Так у вас ничего не было? — опять остановилась Лив.

— Нет, конечно! И этот, как все мужики — им одного нужно! Только постель! Без ухаживаний, без приятных слов, без отношений. Он ведь не понимает, что я не ем после шести, трачу кучу денег на косметику, одежду, на то, чтобы выглядеть притягательной, красивой женщиной. А для чего? Чтобы он, как кобель, завалил меня в кровать? Для этого? Нет, Оливка, не по мне это! Мне нужен нормальный мужик, которому важна моя душа, а не задница.

— Но ты сама позвала его, Бо, и он понял это как намёк! — постаралась судить объективно Оливка, отрешённо поглаживая верхнюю часть попы подруги в районе поясницы. — Ты думала, что взрослый мужчина придёт в гости ко взрослой женщине, а затем вы будете пить чай, листать альбомы с фотографиями и разговаривать о поэзии?

— А что он, по-твоему, подумал? — даже приподнялась на локтях Бо и обернулась.

— Слушай, ты же не водишь к себе каждого встречного и поперечного, так ведь? Значит, приглашение что-то да значило. Наверное, он думал, что проведёт шикарный вечер с красивой женщиной, и этот вечер закончится бурным сексом. Что тут такого необычного?

— Я не знала, что приглашать к себе — это что-то означает. Можно ведь пригласить просто по-дружески? В конце концов, его комната рядом, он вполне мог у себя переночевать. Никто никого не заставляет жариться, только потому, что его пригласили в гости? Всё по желанию, взрослые же люди, — оправдывалась Бо под мнущей её спину Оливией.

— Всё равно, надо было где-то на нейтральной территории встречаться.

— Да не это главное, я же тебе говорю, что сначала он стащил с себя штаны…

— А что, ты хотела заниматься любовью в штанах? — вдруг стала защищать Доктора Лив.

— Нет, но ведь сначала снимают верх! Штаны в последнюю очередь.

Оливия сделала уморительную мордаху.

— Это чем-то предписано, что ли? Кто-то, может быть, сначала носки снимет, а потом уже всё остальное. Кому какая разница? Так что, мне кажется, зря ты это…

— Да не в этом дело, — снова вздохнула Бо. — Я бы, может, и легла с ним, но, представляешь… — тут она замолчала, как будто не желая рассказывать дальше.

— Что, что? — загорелась любопытством Лив, даже наклонилась вперёд и легла грудью прямо на спину подруги, оказавшись губами у самого уха Бо. — Что он ещё натворил? Он извращенец, да? — быстро зашептала она.

— Да нет, он начал меня успокаивать, говорить всякие приятные слова ласковые…

— И? И что?

— И назвал меня Алисой.

— Вот мудак, — выругалась Лив и даже пришлёпнула.

— Я думаю, что он даже сам не заметил. Но у меня в голове как-то всё сошлось, и то, что он штаны сначала снял, и Алиса эта, и то, что он её любит до сих пор. Короче, я сказала, что хочу сходить в туалет, а сама переоделась в халат и попросила его уйти. Вот так.