Ричард Руссо - Шансы есть…

— Минерва.

— Точно, Минерва . Боже.

Для него колледж Минерва явно попадал в ту же категорию, что и крепкая дружба.

— А я вам могу чем-то помочь? — осведомился Тедди.

Мужик нахмурился.

— Ага. Можете передать президенту Линкольну, пусть берет этот свой участок, — он широко развел руки, — и засовывает, нахер, себе в жопу. Передайте, что и он сам, и это кругом мне без надобности. Сумеете все это запомнить?

Тедди кивнул.

— Понял. Так и передам, что вам больше не интересна его недвижимость. Вы желаете ему удачи в поисках другого покупателя.

Троер выпрямился в шезлонге и пропустил замечание мимо ушей.

— А дальше еще важнее. Передайте ему, что к пропаже той его хиппушки я никакого отношения не имею.

У Тедди непроизвольно дернулась голова, как от хорошего, крепкого тычка, и он судорожно сглотнул.

— Вы Джейси имеете в виду?

— Как бы там ее ни звали, нахер. Я ее последний раз видел в тот день, когда этот ваш здоровенный мудила меня вырубил. Знаете, мне даже пришлось в Бостон ездить, чтоб челюсть там зафиксировали?

— Ничего себе, — произнес Тедди. — Неприятно, должно быть.

— И не говорите. Я месяц потом через соломинку питался.

— Ну, вы же сами нарвались, — напомнил Тедди. — А кроме того, случилось это больше сорока лет назад.

— Ладно, вот в чем суть. Знаете, где я был все это время? Вот здесь. Видите ли, я не навещаю этот остров, я тут, бля, живу . И мне не нужно, чтобы какой-то мудозвон из Вегаса распространял обо мне слухи.

— Какие еще слухи?

— Этот гондон, бля, меня гуглит ? Раскапывает какой-то привод двадцатипятилетней давности? Вынюхивает, что какая-то шалава из Бикон-Хилла наложила на меня судебный запрет за то, что я ей по жирным мордасам надавал возле Эдгартаунского яхтклуба? И поэтому решает, что он меня знает ? Типа это дает ему право вслух рассуждать, что эта девка из, бля, семидесятых, Джейси эта ваша, где-то здесь во дворе может быть закопана?

— Вопрос, — произнес Тедди. — Линкольн хоть что -нибудь поймет из того, что вы здесь мне наговорили?

Если Троер этот вопрос и услышал, виду он не подал.

— Ладно, я в тот день ее чутка помацал. У нее классные сиськи были, это я помню. Но нам всем по сколько было? По двадцать? Двадцать один? А вы сюда являетесь в две тыщи, бля, пятнадцатом году меня обвинять?

— Я вас ни в чем не обвиняю, — произнес Тедди. — И сомневаюсь, что обвиняет Линкольн.

Троер уже поднялся на ноги и подошел к сидящему Тедди, навис над ним.

— Тогда какого хрена Джои Гроббин ко мне ломится и начинает выспрашивать какую-то херню?

— Кто такой Джои Гроббин?

— Знаете что? — Рожа у Троера уже побагровела. — Идите-ка вы нахер. Все трое.

— Троер. Кто такой Джои Гроббин?

— Легавый — вот он кто. Легавый на пенсии, кому заняться больше нечем, так он благодаря вашему дружку теперь подумывает, не я ли его новое хобби.

— Мне кажется…

— Да мне насрать и растереть на то, что вам кажется, — рявкнул Троер. — Да и на Линкольна . Просто передайте ему, что в следующий раз пасть свою раскроет — так лучше мое имя из нее пускай не вылетает. Он меня, бля, не знает. Гугл меня не знает. Чилмарк меня не знает. Летняя публика считает, что я мудак? Отлично. Очень мне это нравится. Я неполиткорректный, и это им против шерсти? Да я, бля, ради этого живу . С такими врагами, как они, кому нужны друзья? Но вы своему дружку Линкольну так и передайте — друзья у меня имеются . Вообще-то так ему и скажите — мы с Джои Гроббином еще дольше друг друга знаем, чем вы, гондоны.

— Мы закончили? — спросил Тедди.

Троер, уже передвинувшийся к лестнице и собравшийся было уходить, снова развернулся.

— Нет, если хорошенько подумать, еще кое-что есть, бля. Передайте своему другу, что если ему на самом деле хочется знать, что с той девчонкой стало, пусть у громилы вашего спрашивает, а не у меня.

Тедди моргнул.

— Вы Мики имеете в виду? Да вы спятили. Он был в нее влюблен. — Собрался добавить «как и мы все», но Троер вновь мерзко фыркнул.

— Ну еще б. Как будто никто в истории этого сраного человечества никогда не убивал девчонку, в которую влюблен.

И он затопал по лестнице и вниз по склону лужайки, неуклюжая одеревенелая походка человека, галопом приближающегося к старости, тело которого сдает всё сразу. Перешагивая низкую каменную стену, отмечавшую границу его владений, он заметил что-то и нагнулся поднять — страница рукописи, не попавшаяся Тедди на глаза.