Ричард Руссо - Шансы есть…

— То есть возможно , что с ней что-то могло произойти тут?

— А еще возможно, что ее похитили инопланетяне, — ответил Гроббин. — Смотрите на это так, Линкольн. Она либо жива, либо мертва. Если она мертва, если ее кто-то убил , что стало с трупом? Потому что для меня загвоздка в этом.

«Равно как и для мертвой девушки», — подумал Линкольн.

— Ладно, вот сценарий. Вы убийца.

— Я? — У Линкольна сложилось отчетливое впечатление, что его хозяин не считает подобное предположение таким уж нелепым.

— Гипотетически, Линкольн. Мы тут включаем воображение. Вы на пароме и засекаете эту симпатичную хиппушку. У нас начало семидесятых, поэтому ходит она без лифчика. Вы за нею наблюдаете все время, пока паром не швартуется в Вудз-Хоуле. Она сходит на берег вместе с другими пассажирами без машин, а вы спускаетесь в трюм за своей, убеждая себя забыть про девушку. Просто какая-то хиппушка. Но когда вы съезжаете с парома, она вот, на Фэлмет-роуд, — стоит, вытянув руку. Вы подъезжаете. Предлагаете подвезти. Она садится. Вы разговариваете. Может, спрашиваете у нее, что хиппушки имеют против лифчиков. Это все вообще к чему? Считаете себя остроумным, но она к вашему вопросу относится всерьез. Рассказывает вам, что все дело тут в свободе, и это вас злит. Свобода . Может, вы только из Вьета вернулись. Женились по малолетству. Пару детенышей завели, не успели ничего и назад отыграть. Кто вообще, бля, свободен ? Вы-то уж точно нет. Работаете на острове — садовничаете, а может, чистите бассейны у богатеев. В общем, работаете там, но, черт бы драл, жить на этом острове вам не по карману. Нет, живете вы в Нью-Бедфорде, потому что такие, как вы, там и живут. Летом зарабатываете прилично, но с пикапом на пароме кататься туда-сюда недешево. Поэтому вы работаете по восемь-десять дней подряд, спите у кого-нибудь на кушетке, если получается. На два-три дня возвращаетесь домой проведать жену и детенышей, чтоб они вам рассказали про всякую херню, которой им хочется, а вам она не по карману. Если бы кто-нибудь попросил вас описать свою жизнь, первое же слово, какое пришло б вам в голову, уж точно, к черту, не было бы «свободный». Таким дурацким словом скорее будет пользоваться привилегированная хиппушка, которая сжигает лифчики.

Линкольн хотел было сказать старику, что он сильно промахнулся мимо базы — он и понятия не имел, какой была Джейси. Просто сочинял ее на ходу — в его сценарии, вероятно, поселились все хиппушки, секс с которыми ему так никогда и не перепал. Однако в сюжете, который он сплетал, все-таки было что-то убедительное — ничем не прикрашенная детальность. И некоторые подробности оказывались точны. Во всяком случае, лифчик надевать Джейси бы не стала.

— Какое-то время, — продолжал Гроббин, — вы держитесь пристойно. Выбора ж нет. Движение плотное, бампер к бамперу, пока не переезжаете за клятый мост. Закончились длинные выходные, поэтому с Кейпа все стремятся уехать разом. Но движение постепенно редеет. Вы что-то говорите, что-то предлагаете. А может, просто трогаете ее. Как бы то ни было, она психует. Велит вам остановиться, высадить ее, к чертовой матери. Как будто от вас вдруг завоняло или она к вам присмотрелась и поняла, что ей не нравится то, что видит. Может, она снова это слово употребила — «свобода», и требует ее теперь для себя. Как будто она тут главная. Как будто просто может выбирать, а вам полагается делать то, что она велит. И это после того, как вы были любезны и предложили ее подвезти, а денег за горючку спрашивать с нее не стали, а могли бы, ведь горючку свободно не раздают просто так. В общем, если она считает, будто командует тут она, вам есть что возразить. Тут все совсем не так. Когда вы ей это объясняете, все становится плохо, а потом и еще хуже. Происходит все очень быстро. Может, хиппушка пытается выбраться из кабины. В то время она бы, возможно, не пристегивалась, поэтому когда вы даете по тормозам, она головой влепляется в торпеду или ветровое стекло. А может, вы ее чем-нибудь ударили. Не имеет значения. Вдруг в кабине вашего пикапа мертвая девушка. Ну вот вы и допрыгались. Просто взяли — и допрыгались. В мозгах у вас полыхает, но вы приводите мысли в порядок — ну или пытаетесь. Первым делом нужно съехать с оживленного шоссе. Найти какой-нибудь старый проселок, потом грунтовку, на которую можно свернуть. Отыскать уединенное местечко. Затащить ее в заросли.

— Мрачное же у вас воображение, мистер Гроббин, — произнес Линкольн, хотя на самом деле сюжет обладал некоторым поразительным сходством с тем, что он сам себе рассказывал в редакции «Виньярд газетт», где роль мерзавца играл Мейсон Троер.