Юрий Луговской - Черное солнце

Он поймал себя на том, что рассуждает как настоящий директор. А что, так и надо. Я теперь за них отвечаю, и от того, как буду за ними следить, зависит наша карьера, итальянцы — народ южный, горячий, надо быть все время начеку. Самец должен охранять своих самок, не давать их в обиду и уж тем более не отдавать никому.

Трое мужчин оказались итальянскими бизнесменами, как и предполагал Саша. Один из них вместе с Ринато был учредителем сети клубов, в которых Саша и К° должны были выступать. Двое других занимались автомобильным бизнесом, но тоже имели какое-то косвенное отношение к шоу-балету, какое — Саша так и не понял. Его английский, хоть и считался неплохим в России, не давал ему возможности понять все тонкости. Познания девушек были еще хуже. Обязательно пойду на курсы итальянского, решил Саша, неплохо бы тут задержаться не только на два месяца.

Хозяева говорили длинные тосты, и Саша вспомнил Грузию советского периода, куда он в детстве ездил отдыхать с родителями и братьями. Потом все танцевали, пили вино. Опять танцевали. Девушки показывали сольные выступления, потом вышли втроем и подняли Александра, он с удовольствием поддержал их, составляя центр композиции. Показали элементы из своего последнего шоу на тему «Кармен», хоть музыка соответствовала этому с большой натяжкой. Итальянцы восторженно хлопали. А когда заиграл рок-н-ролл, Саша решил тряхнуть стариной и пошел танцевать с Марией. Восторгу публики в ресторане не было предела. Они видели отвязных русских, но все это были пьяные туристы, а таких изящных профессионалов, да еще танцующих с таким весельем и темпераментом, публика отеля видела впервые. Кричали: «Браво, Россия! Да здравствует Путин!»

Саша не заметил, как прошла ночь. Девушки от усталости валились с ног. Ринато понимающе кивнул: да, они ведь с дороги. Сказал, пусть завтра они отдыхают, за ними заедут только в девять вечера и работать они не будут, выступления у них начнутся только послезавтра, так они решили с синьором Джереми, его соучредителем. Так что у них есть время выспаться.

Эротическим фантазиям Саши не суждено было сбыться в эту ночь. Как только их сопроводили в коттедж, у него еле хватило сил на то, чтобы скинуть пиджак, рубашку, брюки и упасть поверх одеяла. Он даже забыл о том, что собирался делать этой ночью. Проснулся рано утром от холода. У него было открыто окно, а он лежал в одних трусах и носках. Саша снял трусы и носки, прошел в душ, пустил горячую воду, понежился под водой, насухо вытерся, высушил волосы феном, открыл холодильник, нашел в нем маленькую ледяную бутылку кока-колы, открыл ее и выпил всю из горлышка. Широко зевнул и вернулся в кровать. Теперь он осознанно, как учил его брат психолог, с прочувственным удовольствием, лег под одеяло на белоснежную простыню, с наслаждением поерзал, сказал шепотом «Здравствуй, дольче вита» и заснул крепким сном.

Ну вот, опять я стал свободным художником, подумал Павел, получая расчет и трудовую книжку в НИИ психиатрии. Профессор Белов, под началом которого работал Павел Кочетков, покинул институт, и туда, куда он пошел работать, Павел идти не хотел, как профессор его ни звал. Одно дело заниматься наукой, другое — заниматься чисто коммерческой психологией в тренинговом центре. На жизнь Павел себе может заработать и дома, решил он. И стоило ему уйти с работы, как сразу поступило предложение от очень состоятельного клиента. Странное ощущение, как будто появились крылья. Последнее время работать в институте стало очень тяжело: от Павла требовали того, что он никогда не любил делать. Во-первых, организовывать коммерческую службу по лечению наркоманов, во-вторых, заниматься чужими научными трудами. И даже не потому, что они были не его, нет, просто они были настолько ему неинтересны, что он чуть не засыпал над ними.

И теперь, когда уволился, он полностью принадлежит самому себе и наконец может всерьез заняться тем, что замыслил. Мысль о написании большой работы о фанатизме возникла давно, еще после 11 сентября 2001 года. События «Норд-Оста» эту идею укрепили, а последние теракты в метро убедили его в том, что он должен разобраться с этим явлением раз и навсегда. Что это будет — популярная книга, докторская диссертация, — он пока не знал, форма интересовала его меньше всего. Главное — ухватить суть. А насколько книга получится научной или популярной, об этом он думать не будет, главное — провести исследование. О терактах и их возможных исполнителях писали много, но все не то, что интересовало Павла. Кто эти люди? Убежденные фанатики? Зомбированные психопаты? Или просто расчетливые бандиты, которым платят большие деньги? Но террористы-смертницы уже никаких денег, ни больших, ни малых, получить не могут…