Самуил Ходоров - Русский акцент

– Благодарите бога, что я не передаю то, что вы сделали, в полицию. Но, я непременно напишу письмо вашему отцу, в котором красочно опишу ваш подсудный проступок. Пускай он решает, выгонять сына-преступника из дому за плохую учёбу или за совершённый им криминал.

Через неделю Бориса вызвал декан. По простоте душевной он подумал, что причиной предстоящей аудиенции у главы факультета стала просочившаяся информации о попытке вручения ему пресловутой взятки. Причина крылась, однако, совсем в другом. Вид у декана был достаточно суровый, и он незамедлительно приступил к делу проговоренной тирадой:

– Я то думал, доктор Буткевич, что вы квалифицированный преподаватель, но, видимо, ошибался. Тут на вас поступила жалоба от одной студентки и, на мой взгляд, достаточно аргументированная.

– Чёрт знает что, – подумал Борис, – то взятку пытаются всунуть, то жалобы пишут. Ничего, даже близко похожего на это, в Москве не происходило. Чтобы там студент жаловался на преподавателя, просто «нонсенс» какой-то, иначе и не назовёшь.

Декан, уловив замешательство на лице Бориса, продолжил:

– Видите ли, доктор Буткевич, эта студентка пишет, что вы читаете лекции на упрощённом, чтобы не сказать, примитивном уровне. Позволяете себе избегать сложных формул, и ваша трактовка излагаемого материала напоминает ей разжёвывание элементарных вещей в начальной школе.

Борис даже в страшном сне не смог бы предположить, что кто-то пожалуется на него по причине того, что он изо всех сил старается доходчиво объяснять студентам непростой для них материал. В приличных заведениях за это, если и не возносили на пьедестал, то, по крайней мере, хвалили. А тут, понимаешь, целое дело шьют. Он, гневно сверкнув глазами, чуть повысив голос, выдавил из себя:

– Думаю, я не ошибусь, господин декан, если напомню вам, что основной целью любой учебной лекции и любого практического занятия является донести до студента знания. Я полагаю, что у каждого лектора имеется своя методика доставки этого знания студентам. Если вам или ещё кому-либо не нравится, что конечная цель моих лекций выполняется, и студенты в полной мере, с полным пониманием получают то, что предписано программой курса, можете меня уволить. С меня не убудет, я работаю начальником крупного инженерного отдела в большом институте и буду продолжать эту работу.

Декан собрался было перебить Бориса, но того, как всегда бывает в экстремальных ситуациях, остановить уже было невозможно. Он распалялся всё больше и больше и уже не говорил, а почти кричал:

– И не моя вина, господин декан, что ваш колледж принимает на учёбу студентов, которые не знают элементарных школьных формул и теорем. Мне приходится тратить половину лекционного времени на объяснение того, что они должны были знать ещё, когда учились в восьмом или девятом классе. Что прикажете с этим делать? Курс, который я читаю, полностью зиждется на математике, которую большинство из них не знают, Как их приняли в колледж, я не знаю и не хочу знать, это уже ваша забота, господин декан.

Декан хотел было что-то возразить ему, но в последний момент недовольно поморщился и решил отделаться молчанием. Борис тем временем продолжал высказываться на заданную тему. Он яростно заявил:

– А хотите, господин декан, я скажу вам, кто написал эту кляузу на меня: это, без всякого сомнения, Рахель Мирман.

Борис не ошибся, это была именно она. Не очень миловидная женщина, кибуцница, в возрасте 35 лет (как минимум на 10 лет старше остальных студентов), довольно толковая и эрудированная, обладатель первой академической степени бакалавра по ландшафтной архитектуре, безукоризненно знающая все разделы как элементарной, так и высшей математики.

Декан в знак согласия кивнул головой. А Борис в очередной раз, не позволяя ему вступить в беседу, приглушённо сказал:

– У меня в аудитории сидят 55 студентов, Ну никак не могу я, господин декан, при чтении своей лекции ориентироваться на многоуважаемую госпожу Мирман с тем, чтобы остальные 54 человека сидели с полным непониманием того, что я им объясняю.

Декан, наконец-то, бесцеремонно прервал Бориса и довёл до его сведения, что он никоим образом не намерен увольнять Бориса, но при этом заявил:

– Вы понимаете, доктор Буткевич, при всём том, что вы мне объяснили, хочу обратить ваше внимание, что наш колледж является одним из лучших инженерных колледжей Израиля. Поэтому, настоятельно призываю вас читать всё-таки ваши лекции на университетском уровне, надеюсь, вы меня поняли.