Шон Байтелл - Дневник книготорговца

Книжная торговля держится именно на таких людях старой школы. По мере того как они один за другим уходят — словно листья, постепенно опадающие с дерева, — на их месте остается пустота, которую не способен заполнить ни один напористый молодой книготорговец. Эти старые люди оставляют за собой воспоминания куда ярче, чем до блеска намасленные шевелюры тех всезнаек, которые приходят ко мне устраиваться на работу, разговаривая при этом таким самоуверенным тоном, будто собираются учить меня, как мне вести мое собственное дело.

Правда, Джим еще не так уж и стар, и пока нет причин опасаться, что он скоро уйдет.

В 11 часов раздался телефонный звонок. Звонил мистер Дикон: «Прошу прощения за качество связи. Я в Патагонии. Закажите для меня, пожалуйста, «В Патагонии» Брюса Чатвина. Я вернусь на следующей неделе».

Американка провела целый час в книжном отделе, снимая книги с полок и проверяя на ноутбуке, сколько они стоят на Amazon. Прямо у меня на глазах, без всякого стыда. Прежде чем мне удалось отчитать ее за такие недостойные действия, вошел почтальон за мешками с книгами для «Клуба случайных книг», и к тому времени, как мы с ним загрузили их в фургон, она исчезла.

В магазине весь день было тихо, пока в 16:59 не зашла немолодая пара. Мужчина самым раздражающим образом напевал себе под нос какую-то песенку. Оба тут же направились к только что привезенным книгам без ценников от Стюарта Келли и начали в них копаться, вытаскивая книги и складывая их стопками на полу. Они ушли в 17:10, не убрав ни одной книги на место и ничего не купив, зато громко жалуясь, что магазин следовало бы держать открытым до семи вечера. Покупатели тянутся к коробкам с новыми книгами, как ночные бабочки к свету.

Любой книготорговец подтвердит, что если в теплом, хорошо освещенном магазине с десятью тысячами аккуратно расставленных на полках книг в темный, холодный, плохо освещенный угол поставить коробку с книгами, то покупатели тут же начнут в ней копаться. Магнетизм, излучаемый коробкой с неразобранными книгами, на которых еще не проставлена цена, не сравним ни с чем. Наверное, отчасти люди надеются найти там недорогие книги, однако все же я считаю, что дело не только в выгоде и что больше всего это похоже на коробку с подарками. Скорее — в радостном волнении перед неизвестным, и мне это очень хорошо понятно. Покупая книги, испытываешь то же самое чувство. Когда я отправляюсь совершить закупку — не важно, из частной коллекции или из фондов учреждения или фирмы, у меня всегда слегка учащается пульс в ожидании того, что я найду среди этих книг что-то особенное. Часто так и случается. Или это раннее издание травника Калпепера, или инкунабула, или первое издание одного из романов Яна Флеминга в идеально сохранившейся суперобложке, или книга в искусном переплете из телячьей кожи, или просто что-то, чего я еще не встречал. Мне еще не доводилось находить книги в переплете из человеческой кожи, но один мой знакомый книготорговец как-то раз нашел такую книгу в Касл-Дугласе.

Выручка на кассе: 163,99 фунта стерлингов

17 покупателей

Онлайн-заказов: 6

Найдено книг: 5

Сегодня работала Ники. Планы по преобразованию микроавтобуса в магазин на колесах пока пришлось отложить, потому что заклинило заднюю дверь. Вместо этого она решила купить у местного самоуправления старую библиотеку на колесах и сделать магазин из нее.

С утра я начал разбирать книги, привезенные Хэмишем Грирсоном, пока я был в Данкелде. Хэмиш — бывший книготорговец и коллекционер книг. Сейчас он на пенсии и регулярный покупатель в магазине. В основном это оказались книги о первобытном обществе, в хорошем состоянии. Я зашел на AbeBooks, чтобы посмотреть, за сколько другие люди продают наиболее интересные из этих книг, и предложить Хэмишу справедливую цену. Сказал Ники, что собираюсь заплатить за них 100 фунтов стерлингов, на что она, как всегда, ответила, что эту цифру следовало бы сократить вдвое.

Анна настояла на том, что раз денек сегодня такой погожий и солнечный, то хорошо бы взобраться на Кэрнсмор-оф-Флит, гранитную скалу, расположенную с другой стороны Уигтаунского залива. Мы вышли из дома в три часа, добрались до вершины в половине пятого и вернулись домой к половине седьмого. Совершать подобные прогулки с Анной всегда очень забавно: она первая предлагает подобные идеи, но лишь только приключение начинается, она тут же начинает громко жаловаться и страдать. После того как все заканчивается, она заявляет: «Ух ты, было просто супер». Однажды мы отправились проехать сорок миль на велосипедах по Галлоуэйскому нагорью. После двадцати миль, которые Анна проехала с нарастающими жалобами, она слезла с велосипеда, легла на камень и сказала: «Оставь меня тут. Пожалей себя».