Антония Байетт - Обладать [litres]

— Ладно. Спасибо.

Вэл ела кукурузные хлопья с молоком. Дома она редко ела что-либо, кроме хлопьев. Они были лёгкие, приятные, даже какие-то успокаивающие. Правда, на второй или третий день они начинали казаться хлебной ватой. В заветном садике ползучие розы ложились на каменные ступени, ярко цвели тигровые лилии и ромашки цветочных бордюров. В Лондоне была жара; как же Вэл хотелось оказаться в эту пору где-нибудь ещё, подальше от пыли, от запаха кошачьей мочи с потолка. Прозвенел дверной колокольчик, дверь отворилась. Вэл подняла глаза от тарелки, ожидая, быть может, Эвана Макинтайра с приглашением на ужин. На пороге стоял Фергус Вулфф.

— Приветствую, дорогуша. Нельзя ли повидать Роланда?

— Нельзя. Он в отъезде.

— Какая жалость. Позвольте войти. И где же именно Роланд пребывает?

— Где-то в Йоркшире, или в Ланкашире, или в Камберленде. Аспидс послал его в какую-то местную библиотеку, взглянуть на некую книгу. Роланд не сообщил мне подробностей.

— А он, случайно, не оставил какой-нибудь телефон? Мне нужно с ним срочно связаться.

— Вроде бы хотел оставить. Меня не было дома, когда он уезжал. Похоже, он забыл оставить этот телефон. Или я не нашла, куда он его записал. И звонков от него никаких не было. Он должен вернуться в среду.

— Ага, понимаю… — Фергус присел на старую софу и воззрился на неровные разводы на потолке, напоминавшие заливы и полуострова старинной выцветшей карты. — А вас, случайно, не удивляет, милая красавица, что он вам ни разу не позвонил?

— Я в последнее время была с ним немного сурова.

— Понимаю.

— Не знаю, Фергус, что вы там себе понимаете. Вы всегда склонны всё домысливать. А что вообще стряслось, что за срочность?

— Видите ли… вы, часом, не знаете, где Мод Бейли?

— Ага, понимаю… — сказала теперь уже Вэл. Наступило молчание. Наконец Вэл спросила: — А вы-то сами как считаете, где ей быть?

— Если б я знал. Что-то происходит, а я не в курсе. Хоть убей. Но ничего, я скоро докопаюсь.

— Она ему сюда звонила. Раза два. Но я её оборвала довольно резко. Поэтому не знаю, что она хотела сказать.

— Жаль. Разведать бы, что происходит.

— Может, это как-то связано с Генри Рандольфом?

— Как пить дать! Но и к Мод это имеет отношение. Мод — ужасающая женщина!..

— Они куда-то ездили вместе в рождественскую неделю, какое-то совместное исследование…

— Вы имеете в виду, он ездил к ней в Линкольн?

— Я уж теперь точно не упомню. Вроде бы они отправились куда-то вдвоём — изучать какую-то рукопись. Честно, я давно потеряла интерес ко всем этим подстрочным примечаниям, ко всем этим дохлым письмам от разных сто лет как дохлых людей. Ах, он, видите ли, в одна тысяча восемьсот каком-то году написал, что опоздал на поезд. Ах, он, видите ли, в одна тысяча каком-то году выступил за билль об авторских правах… Тьфу, какая ересь! И есть ведь желающие проводить свою единственную, драгоценную жизнь в затхлом подвале Британского музея! Да там воняет так же, как у нашей старухи-хозяйки наверху в её кошатнике! Ну кому придёт в голову провести жизнь среди кошачьего ссанья, читая меню прошлого века?..

— Думаю, что никому, — веско ответил Фергус. — У них с Мод другие планы. Они хотят проводить свою жизнь в роскошных гостиницах, на международных конференциях. А уж меню там самое что ни на есть современное. Вы не догадались поинтересоваться, что именно за рукопись они изучают?

— Он не рассказывает. Знает, что мне это всё до лампочки.

— Стало быть, вы точно не знаете, куда они ездили?

— Телефонный номер в тот раз он оставил. На случай всяких катаклизмов. Если квартира сгорит. Или если у меня будет нечем заплатить за газ. Правда, в этом случае от Роланда всё равно никакого проку. Жизнь так устроена, что одни должны зарабатывать деньги, при разных гениальных предпринимателях, а другие люди — нет.

— Сдаётся мне, дорогуша, эта таинственная история сулит-таки денежки. Вы, наверное, уже выкинули тот телефонный номер, или он где-то сохранился?

Вэл вышла в прихожую, где практически на полу — на кипе газет и прочих бумаг — весьма неустойчиво стоял телефон. Чего тут только не было — старые литературные приложения к газете «Таймс», счета из книжного магазина, рекламные карточки с телефонами круглосуточной службы такси, вкладыши с предложениями приобрести со скидкой новейший «кодак»-зеркалку, приглашения на встречу выпускников университета и на какое-то мероприятие в Институте современного искусства. Вэл, по-видимому, знала, что ищет: несколько мгновений спустя она вытянула из стопки счёт из ресторанчика («лучшая индийская кухня, еда навынос») и, перевернув его уверенной рукой, нашла на обороте телефонный номер. Кого спрашивать — не указано. Её почерком приписка: «Роланд в Линкольне». Вэл протянула листок Фергусу: