Маркус Зузак - Я – посланник

Наступает декабрь, до игры два дня, а я все еще нервничаю по поводу Гейвина Роуза и так и не материализовавшейся на камне галочки. Да, напротив его имени так ничего и не появилось, – я специально ходил проверять. Надежда, что кто-то просто опоздал со знаком, покинула меня. Столько дней уже прошло, – нет, тут что-то другое. Уверен: тот, кто спланировал всю эту затею, ни за что не допустил бы опоздания.

В результате я плохо сплю.

Срываюсь на Швейцара.

И, проворочавшись всю ночь с четверга на пятницу, решаю, что пора идти в аптеку за снотворным. На Мэйнстрит есть круглосуточная, пусть продадут мне что-нибудь. И вообще, не нужно было вываливать в ту фляжку с водкой все таблетки, мужику с Эдгар-стрит и так бы хватило.

В общем, иду я себе и вдруг вижу: на другой стороне улицы собралась стайка мальчишек.

Дом уже близко, но я чувствую, они идут за мной. И вот мы все стоим у пешеходного перехода, ждем, когда зажжется зеленый, и тут до меня доносится голос Дэниэла Роуза:

– Это он, Гейв?

Попытка отбиться оказалась тщетной – их слишком много. Шестеро как минимум. Они сволакивают меня в проулок и метелят – так же, как я Гейвина. Они месят меня кулаками как тесто, не давая подняться. Бьют по очереди, сменяя друг друга со свежими силами. По лицу течет кровь, все тело в синяках – на ребрах, на ногах и на животе не осталось живого места.

Ребята мутузят меня в полном самозабвении.

– Будешь знать, как лезть к моему брату!

Ага, это Дэниэл Роуз решил со мной побеседовать.

Брат Гейвина с размаху бьет меня под дых. Так вот ты какая, цена братской любви, черт, как больно.

– Давай, Гейв, наподдай ему напоследок!

Гейв с удовольствием идет брату навстречу.

С размаху бьет ботинком в живот, потом кулаком по лицу.

Они убегают, и их топот постепенно замирает в ночной тишине улиц.

Я пытаюсь подняться, но снова растягиваюсь на асфальте.

Кое-как ковыляя к дому, думаю: «Круг замкнулся». Я получил туз крестей – меня побили. Все трефовые задания выполнены – и меня опять отметелили.

Дома Швейцар смотрит испуганно. Можно сказать, обеспокоенно. Приходится заверить его, что все в порядке, – я пытаюсь изобразить улыбку, но она получается какой-то кривой. Одно утешает: пока я тут плелся домой, хватаясь за стены, кто-то выцарапывал напротив имени Гейвина Роуза здоровенную галочку.

Похоже, теперь я действительно сделал все, что мог.

Потом я иду в ванну и разглядываю отражение.

Оба глаза подбиты.

Челюсть распухла.

Изо рта на шею течет кровь.

Я смотрю на себя в зеркало и изо всех сил пытаюсь улыбнуться.

«Эд, ты молодец», – говорю я отражению и несколько секунд созерцаю свое разбитое, залитое кровью лицо.

Туз крестей, говорите?

Ну что ж, похоже, я сегодня получил настоящее боевое крещение.

Над ухом зудит комар, но я благодарен – хоть кто-то составил мне компанию. Даже хочется позудеть с ним дуэтом.

Ночь, темно. На лице – кровища. Комар может не трудиться, вонзая жало и все такое. Можно просто сесть и кружками пить кровь с правой щеки и губ.

Я встаю с постели. Пол приятно холодит ноги. Простыни слиплись от пота, и я опираюсь спиной о стену в коридоре. Капля пота стекает к щиколотке. Потом к самой пятке, и я чувствую, как она щекочет стопу.

Но в принципе, не так уж мне и плохо.

Я хихикаю в темноте. Потом смотрю на часы и иду в ванную. Надо бы принять холодный душ.

Ледяная вода обрушивается на меня, все ссадины и синяки вспыхивают свежей болью. Но все равно я себя отлично чувствую. Время ближе к четырем утра, и я больше ничего не боюсь. Надев старые джинсы, иду полуголый в спальню. Мне хочется снова посмотреть на карты, изменившие мою жизнь. Я выдвигаю ящик комода и осторожно, кончиками пальцев, вынимаю оба туза. Через плечо заглядывает желтый комнатный свет. А мне легко и приятно. Я смотрю на карты и вижу за ними истории. Комок подкатывает к горлу, когда перед глазами проходят Милла и семья с Эдгар-стрит. Мне очень хочется верить, что у Софи все будет просто замечательно. Я улыбаюсь, вспоминая отца О’Райли – Генри-стрит и незабвенную вечеринку «Все наДень Священника». Потом перед глазами встает Энджи Каруссо. Если бы я мог сделать для нее что-то еще… Ну и конечно, вспоминаю о братцах-засранцах Роуз.

«Интересно, какой масти будет следующая карта?» – мелькает у меня в голове.