Милорад Павич - Дневная книга

Во «сне о шагах» госпожи Лемпицкой есть одно место, где говорится о том, как вызывают духов. Я подумал, что было бы интересно проконсультироваться с каким-нибудь специалистом в области оккультных знаний, может быть даже со спиритом или медиумом. А так как нашим парням-полицейским часто приходится забираться и в такие логова, я обратился к ним, и они спросили меня: куда бы я предпочел отправиться по такому делу – в Царьград или в Париж?

– В Париж, – ляпнул я не раздумывая. Меня послали к некой мадам Луве, а она направила меня дальше, на парижскую Плас-де-Вож, в мансарду здания рядом с музеем Виктора Гюго.

Мадам Супервиль приняла меня в сверкающей столовой с видом на королевский конный памятник в парке. Спросила, кого я хотел бы вызвать и есть ли у меня к этой персоне конкретные вопросы. Когда я ответил, что искомое лицо зовут Маркезина Андросович-Лемпицка, а вопрос формулируется так: «Кто виновен в ее смерти?» – она отправила меня к месье Ленену в дом Николя Фламеля. Ленен пригласил меня выпить вина в кафе на первом этаже его дома, и тут я услышал, что́ мне следует делать, чтобы узнать от покойной Лемпицкой ответ на интересующий меня вопрос, а именно: кто виновен в ее смерти?

Мы сидели в полумраке, на столе горела свеча и стояло вино и макароны «по-клошарски». Ленен по ходу дела напомнил мне, что этот полумрак из числа самых старинных в Париже. Дом принадлежал известной паре алхимиков – Пернелле и Николя Фламель, жившим в годы позднего Средневековья.

– Человек состоит не из воды, как принято считать, а из жажды, – вещал из полумрака этот человечек, – но в жизни важны и другие виды энергии, такие как страх, жар, голод, боль и так далее. Они составляют своего рода язык, забытый язык. Воспоминания покойников состоят не из воспоминаний о телесных веществах, потому что у них больше нет представления о том, что это вообще могло бы быть, однако у них сохраняются воспоминания об «энергиях», которые проталкивали их сквозь жизнь. И оттого-то именно здесь возможна связь между живыми и мертвыми. Это общая «нематериальная среда» и одних и других, поэтому через нее может происходить соприкосновение двух светов – этого и того. Так что перепишите на листок бумаги все свои энергии в той последовательности, как их вспомните, и, не изменяя этого порядка, обозначьте их буквами латинского алфавита от А до Z. Не забудьте любовь, ненависть, радость, грусть, запахи, смрад. Это будет важно для дальнейшего процесса…

Он отхлебнул бордо и подвел итог:

– Вот теперь мы подходим к самому важному звену во всей вашей истории, и вам это обойдется ровно во столько десятков евро, сколько вам лет.

Когда я заплатил ему, господин Ленен продолжил:

– Что вам следует делать дальше и каким образом, скажет вам кто-то другой, а не я. Я рассказал вам ровно столько, сколько здесь можно сказать. Чтобы узнать продолжение, вам придется ехать в Египет и в коптской части Каира, возле тамошней церкви, разыскать мадам Зоиду, которая занимается старинным «макияжем» с помощью египетских красок. Там эту женщину знают все, и найти ее не составит труда. Да, не забудьте прихватить для нее какую-нибудь вещь, принадлежавшую вашей Лемпицкой… Кстати говоря, эта самая Зоида в свое время познакомилась с Лемпицкой…

«Что за ерунда!» – подумал я.

Прощаясь с господином Лененом, я решил: нечего бросать деньги на ветер и ехать в Египет. Все это распрекрасно можно сделать и в Париже, и даже у нас.

Господин Эрланген, который был признан виновным в убийстве Лемпицкой, постольку поскольку превысил меру необходимой самозащиты, сейчас отбывает срок тюремного заключения. Однако он продолжает утверждать, что у него имеется свидетель, один прохожий, который может подтвердить, что он стрелял в Лемпицку только для того, чтобы защитить свою жизнь. Якобы этот свидетель по имени Эрвин, проходя по улице, услышал выстрелы и вошел в дом, чтобы при необходимости оказать помощь. Он был готов свидетельствовать перед судом в защиту обвиняемого Эрлангена и сказал, что можно вызвать его по телефону 0389–430–23066, который и продиктовал ему, чтобы тот записал его в мобильник. Однако Эрланген по этому номеру не нашел никакого Эрвина, потому что оказалось, что это номер какого-то детского сада.

Уверен, Эрланген этого свидетеля выдумал.

С Лемпицкой я разговаривал неоднократно, поэтому знаю, что ее не удовлетворили бы те приговоры, которые суд вынес в связи с «ее» делом. Она сочла бы, что Клозевиц на суде «выкрутился» и что он заслуживает гораздо более строгого наказания. За что?