Кара Делевинь - Зеркало, зеркало

– Вы не можете просто взять и увезти ее, она несовершеннолетняя, – говорю я наобум, авось прокатит.

– А вот и нет! Я совершенная! – горланит с заднего сиденья Роуз. – Ну же, садитесь! Такси подано!

Нас не пускают.

– Отправляйтесь домой, – говорит нам женщина-офицер. – Ничего с ней не случится, я за ней присмотрю. Когда мой напарник немного остынет, позвоним ее отцу, скажем, чтобы забрал дочь. Я вас, ребята, знаю. У вас же группа, верно? Мой сын вас слушает.

– Но… – Лео кладет руку на дверцу.

– Сынок, – а она хорошая женщина, добрая, – тебя я тоже знаю. И брата твоего. Уж поверь, лучше всего тебе сейчас пойти домой. А о ней я позабочусь.

Она дает мне визитку: «Констебль Сандра Уиггинс».

– Твоему другу нужно успокоиться, тогда мы все быстро уладим.

Я засовываю визитку в карман. Роуз колотит по стеклу, изображая жестом фотоаппарат.

Я не раздумывая достаю телефон и включаю камеру.

А почему бы и нет?

Девять часов назад…

Мы рядком сидели на краю сцены в актовом зале, чувствуя себя полнейшими идиотами. Хотя Лекраджа, судя по всему, ничто не смущало. Устроился себе тихонько сбоку, а на пыльную сцену аккуратно поставил пластиковый контейнер с обедом.

Мистер Смит беседовал с мисс Гринстрит, преподавательницей по актерскому мастерству. Они стояли так близко друг к другу, что касались локтями, и, склонив головы, о чем-то шептались. Мне все никак не удавалось определить, есть ли между ними сексуальное напряжение и, если есть, доводится ли им его вместе снимать.

Мистер Смит, как мы знаем, ни с кем не встречается. Каждый раз, когда мы задаем ему вопросы про его личную жизнь, он говорит, что пока не встретил «ту самую», но когда встретит, обязательно пригласит нас на свадьбу. Мисс Гринстрит не так легко разгадать: она не станет сплетничать с учениками, как мистер Смит. Мисс Гринстрит классная. У нее золотистые волосы и стрижка прикольная, сзади коротко, спереди подлиннее, а с близкого расстояния заметна дырка от пирсинга в носу. Мне нравится думать, что по выходным она вставляет туда сережку. Короче, пока мы сидели там и маялись без дела, вопрос о том, спят ли они с мистером Смитом, не выходил у меня из головы.

– Нет, хотя, по-моему, она вовсе не прочь, – прошептала Роуз. – Но Гринстрит не в его вкусе, слишком зрелая.

При мысли о том, что Роуз вдруг стала телепатом, на меня накатила волна паники.

– Да у тебя на лице все написано, – усмехнулась она. – Но не волнуйся, никто не покушается на предмет твоей любви.

– Она не предмет моей любви!

– Не шумите, ребята, – сказал мистер Смит.

Роуз приложила ладонь к моей пылающей щеке и тут же отдернула, как будто обжегшись.

– Ну да, точно. Она тебе абсолютно безразлична.

– Кто кому безразличен? – спросил Лео с улыбкой.

– Ред сохнет по мисс Гринстрит, – сказала Роуз на весь зал.

– О да, я и не сомневался, – рассмеялся Лео, качая головой.

– Убейте меня, кто-нибудь. – Мне хотелось провалиться сквозь землю. Мисс Г. делала вид, будто ничего не слышит.

– Не переживай, – сказал Лекрадж, протягивая мне дольку мандарина. – Я тоже по ней сохну.

– Итак! – Лили с радио хлопнула в ладоши, чтобы привлечь наше внимание. – Все налажено, уровни выставлены. Мы будем писать интервью, как будто это прямое включение, так что ведите себя естественно, будьте повеселее и не выражайтесь, ладно?

Мы промычали «угу», и после короткого отсчета Лили начала:

– Со мной группа «Зеркало, зеркало» из «Темз Компрехенсив», чья армия поклонников возрастает с каждым днем. Привет, ребята!

Тут она принялась кивать нам и многозначительно шевелить бровями.

– Здрасте… – протянули мы хором.

– Итак, Ред. – По какой-то неведомой причине Лили решила начать с меня. Стоило ей сунуть мне под нос микрофон, как все мои фантазии о славе рок-звезды и бесконечных интервью, во время которых я прямо-таки расточаю харизму и остроумие, насмешливым призраком повисли у меня за спиной. – Расскажи, почему вы решили устроить благотворительный концерт в пользу своей одноклассницы и басистки Наоми Демир?

Мои глаза сгрудились в кучку, сфокусировавшись на микрофоне, а затем обратились к Лили. Та подбадривающе закивала.

– Э-э… – Пауза. Секунды шли, а в голове у меня не было ни единой мысли.

– Это очень важно для нас. – Бросив на меня грозный взгляд, Роуз подтянула микрофон к себе. – Когда мы готовили концерт, Наоми еще числилась пропавшей. Мы хотели прокричать ее имя громко-громко, чтоб она услышала нас и вернулась домой, ведь она нам не просто подруга, она нам как сестра, ее исчезновение чуть не сломило нас. Теперь она снова с нами, и ей нужно только поправиться. Мы не знаем, что с ней случилось, но ей по-любому потребуется поддержка. А еще концерт посвящен всем подросткам вроде нее, вроде нас самих, кому бывает одиноко и не с кем поговорить. Вот наше послание: если никто не слушает, кричите, пока вас не услышат. Каждый заслуживает, чтобы на него обратили внимание.