Дженни Хан - Око за око

– После этого у нас сложилась… – я медлю, пытаясь подобрать подходящее слово, но ничто не подходит, поэтому говорю «дружба», хотя это не совсем точное определение. – Поездка на пароме была для нас чем-то вроде тайм-аута. Рив обычно говорил: «Мы, островитяне, должны держаться вместе. Да, Большое Яблоко?».

– Ого! – вспыхивает Кэт. – Погоди. Ты позволяла ему называть тебя так в лицо?

Взвинченная, она садится на колени и нагибается вперед. Мне сложно на нее смотреть.

– Когда мы плыли на пароме только вдвоем, все было по-другому. Почему-то в эти моменты прозвище не казалось мне обидным. – Я сильнее заворачиваюсь в свитер. – Но как только мы оказывались на материке, все менялось. Он не говорил со мной на людях, обращался только для того, чтобы посмеяться надо мной.

– Что за двуличный ублюдок! – восклицает Кэт. – Он хуже, чем Ренни!

Она тушит сигарету о землю и тут же зажигает еще одну.

Лилия смотрит на меня пристально, не моргая.

– Почему ты позволяла ему так с тобой поступать, Мэри?

– Потому что он доверял мне свои секреты, – говорю я. – Он жаловался на своего отца, который, похоже, был конченым алкоголиком. Рассказывал мне, как его отец напивался, а потом начинал орать на Рива и его братьев. Мне было его жаль.

– Тебе было его жаль? – недоверчиво спрашивает Кэт.

– Он ненавидел отца. Говорил, что его мечта – получить стипендию и уехать в хороший университет, подальше от Джар Айленда, и никогда не возвращаться.

Лилия усмехается:

– Стипендию? Рив учится на тройки и четверки. Пятерка у него только по физкультуре.

Кэт трясет головой.

– Ты не знаешь, потому что не росла здесь, – говорит она Лилии. – Раньше Рив был самым умным в классе. Я помню, как его перевели в эту крутую школу по стипендии. Его родители не могли себе этого позволить, так что это было большим событием. Наш классный руководитель даже устроил ему прощальную вечеринку с пирожными.

– Не думаю, что я была для него особенной, ничего такого, – поясняю я. – Мы просто проводили время вместе. Другие ребята в школе из штанов выпрыгивали, чтобы заполучить его внимание. Все были немного влюблены в него. И я испытывала странное чувство гордости из-за того, что мне удается каждый день проводить с ним столько времени.

Лилия что-то недовольно бормочет, а Кэт говорит:

– Лил, ты должна признать, что Рив может быть очаровательным ублюдком, когда захочет.

– Да, – соглашается она. – Думаю, я могу себе это представить.

Я опускаю глаза и говорю со стыдом:

– Я позволила себе думать, что между нами что-то есть, что я знаю Рива так, как никто другой. Но на самом деле того Рива, которого я якобы знала, никогда не существовало. Он просто играл со мной, обманывал, чтобы я потеряла бдительность, а потом мог сделать мне еще больнее.

Я сама не замечаю, как начинаю плакать. Видимо, потому что знаю, что случилось дальше. Эту историю я никогда никому не рассказывала.

Внезапно налетает ветер, как будто вот-вот начнется гроза. Волосы бьют по лицу и жалят щеки. Лилия застегивает пальто, Кэт натягивает рукава на ладони. Никто не двигается с места.

Внутренний голос велит мне замолчать, потому что, как только я расскажу обо всем Кэт и Лилии, назад пути не будет. Я больше не смогу делать вид, будто этого не случилось. Но я проглатываю страх и продолжаю, потому что хранить секрет хотя бы еще одну секунду внезапно кажется равносильно смерти.

В тот день я не ожидала увидеть Рива. Мисс Пенске задержала некоторых из нас после уроков, чтобы обсудить эскиз рисунка на стене спортивного зала. Я пропустила трехчасовой паром и подумала, что сяду на тот, что уходит в полчетвертого. Но Рив тоже остался дольше, играя в баскетбол с друзьями. Когда я проходила мимо забора, Рив в последний раз забросил мяч в корзину, и все начали собирать книги и надевать куртки. Рив меня увидел. Я не остановилась, но замедлила шаг, и в итоге он догнал меня.

Мы почти дошли до пристани, когда ребята, с которыми он играл в баскетбол, подбежали к нам. У них в руках была тетрадь, которую Рив, видимо, забыл на площадке. Когда они нас увидели, их рты широко открылись. Рив и Большое Яблоко идут вместе? Что за бред?

Рив ничего мне не сказал, но внезапно ускорил шаг. Я тоже пошла быстрее, чтобы не отставать. «Эй, Рив! – позвали его ребята. – Ты забыл тетрадь!» Но Рив сделал вид, что не услышал их. Он по-спринтерски пробежал несколько последних метров до парома, как будто боялся опоздать на него.