Соня Дивицкая - Замуж срочно!

– Н-ну… И что ж ты даже мне не позвонил? – спросила Аннушка.

– Зачем? Ты большая, сама позвонишь, если нужно.

Она уснула в своей спальне, где уже по-домашнему расположилось ее индийское барахлишко и на полочке стояли целых пять зеркальных слоников. Всю ночь шел дождь, она открыла свой балкон, шум дождя ее успокаивал. Дождь стучал очень громко, но все равно ей было слышно, как в соседней спальне храпит Борман.

Утром они снова поехали в мебельный, Аннушка опять согласилась составить ему компанию. Когда подошли к машине, оказалось, что вчера вечером она забыла закрыть окно, и Борман с размаха опустился на мокрое сиденье. Он сморщился, открыл рот и хотел уже выдать что-то грубое, армейское, но сдержался.

– Хотел заорать, да? – усмехнулась Аннушка.

– Считай, что поорал. А ты вчера уйти хотела? – проскрипел Борман.

– Считай, что ушла. Ушла и вернулась.

– Вот и хорошо, – вздохнул Борман.

И они покатили покупать дурацкую мебель. Это было по осени, а летом у них родилась дочка, и у Бормана появился серьезный повод встать с дивана. Он не придумал ничего нового – снова решил строить дом, почти такой же, как тот, что продал в Германии.

Его бывшая жена все чаще стала приезжать в гости к своей дочери, но с Борманом она никогда не встречалась. Аннушка как-то пригласила все семейство на ужин, но дочка ответила: «Нет, мама не может. Для нее все это пока еще слишком тяжело».

После второго пришествия штамп в паспорте будет считаться дурным тоном. А пока мы так сильно боимся друг друга, что приглашаем государство в свою постель.

К документам я всегда относилась небрежно. И когда наши православные активисты проводят акции против электронных карт и паспортов, я их не понимаю. Товарищи активисты, вы боитесь получить число сатаны? Вы опасаетесь, что вас пронумеруют? Поздно! Нас всех уже давно пронумеровали, когда мы только родились, государство нас посчитало по головам, присвоило номер, серию… Но речь не об этом. Так просто к слову пришлось, мы сегодня в связи с темой замужа слишком много говорим про штамп в паспорте. Я вспомнила свой паспорт, с него началось наше знакомство с Надей. На самом деле в том же паспорте у нее было другое, непривычное нам южное имя, но мы ее звали по-русски – Надя, а чаще даже в шутку, на французский манер, Надин, она была секретарем у нас на факультете. Это была такая миленькая кавказская девушка, она мне напомнила секретаршу из фильма, «Служебный роман». Они, наверно, все похожи друг на друга, эти маленькие южные женщины, всегда хлопочут, всегда все знают и всегда улыбаются.

После школы я поехала поступать в университет, и на пороге приемной комиссии выяснилось, что я забыла дома паспорт, мне и в голову не приходило, что это настолько важная вещь, что без него меня не допустят к экзаменам. В общем, я стояла и хлопала глазами. Надин, наш секретарь, сидела за столом и с сожалением улыбалась. Ей как раз и поручили наши документы принимать.

– Может быть, домой поедете и вернетесь? – предложила она. – Сейчас только двенадцать…

– Не успеваю, мне до дома электричкой два часа, потом обратно…

Как на грех, это был последний день приема документов, не знаю, сейчас ума не приложу, почему я дотянула до последнего дня, почему не смогла явиться хотя бы днем раньше.

И тут Надин посмотрела на меня озорным хулиганским взглядом.

– Давайте, – говорит, – я так вас запишу, без паспорта.

– Что, можно?

– Не человек для субботы, – она улыбнулась, – а суббота для человека. Приезжайте завтра, я приму ваши документы задним числом.

И рукой махнула… Блузка красная, рукав длинный, сверкнул как флажок. «Какая умница», – я про нее подумала. Вы же знаете этих секретарей… Иногда какая-нибудь исполнительница как упрется из-за ерунды… «С котами нельзя!» – и все. «У меня приказ ректора!» – и ничего с ней не поделаешь.

На следующий день я привезла паспорт и заодно какие-то конфеты.

– Нет, нет, нет, – она энергично замотала головой. – Я ничего для вас не сделала. Это нормальное человеческое поведение.

Тремя годами раньше Надин закончила наш факультет и осталась работать в деканате, куда ее взяли с удовольствием, лучшего секретаря, чем кавказские женщины, не найти, она все делала быстро, тихо и с улыбочкой. Всем двоечникам незаметно от декана ставила допуск к сессии, всем родителям говорила, что у ребенка одни пятерки, преподавателям всегда напоминала, где и с кем у них лекция, а то стоят в курилке вечно, болтают о своем… И конечно, как положено хорошему секретарю, она все про всех знала, только мы ничего не знали о ней.