Борис Кригер - В Бездне

— Подсознательно она не желала ходить с сектантами — и теперь она не идёт.

— Да, это даёт девушке оправдание, чтобы не совершать нежеланные действия, и в то же время оставляет возможность пребывать в привычной для неё группе людей. Хотя, естественно, человек не осознаёт этого и считает, что страдает каким-то заболеванием.

— Да, чаще всего люди обращаются именно с такими проблемами, потому что не удаётся выяснить органических причин нарушения.

— Однако если девушку спросить о жизненных взглядах, она выставит себя горячей, абсолютно искренней свидетельницей Иеговы: она бы ходила по домам, да не может. Таким образом, человек не осознаёт своих эмоций.

— В этом и дело: понимания нет, а эмоции прорвались наружу через психосоматику. Моей задачей стало бы объяснить девушке, что в её состоянии есть эмоциональная подоплёка, что к чувствам нужно вернуться, выразить их словами, проработать.

— Но в данном случае причина не в голове девушки. Триггером является вся её жизнь — например, отсутствие мужа, отношения в родительской семье, строгая община.

— И всё же это защитная реакция.

— Если подвести девушку к этому осознанию, то она сама уйдёт из общины и окажется абсолютно беспомощной.

— Мы подошли к главному: многие подобные состояния для чего-то человеку нужны. Подсознательно организм считает, что если выйдет из данного положения, то станет ещё хуже. Организм не знает, что с ним произойдёт.

— Но объективно человеку действительно может стать хуже.

— Мы не знаем. Возможно, у него есть хорошая семья, которая в трудную минуту окажет поддержку.

— Всё вышеописанное происходит в современном мирном обществе; но давайте вспомним страшные годы фашизма или агрессивного коммунизма. Если бы гражданин восстал против режима, против того, что не желает выполнять, его бы просто расстреляли.

— Поэтому в большинстве своём люди поддаются, подыгрывают режиму.

— Значит, это некая иллюзия — считать, что человеку, которому открыли глаза и лишили своеобразной защиты, станет лучше? Всё может обернуться ещё хуже.

— Это ещё один пример того, что, если индивид останется в прежнем социальном окружении, любые усилия будут бесполезны. Это похоже на работу с наркозависимыми людьми.

— Нужно менять среду, друзей.

— Да, если больной не сменит среду, лечение окажется безрезультатным. Недавно на приём пришла молодая сорокалетняя женщина с рядом сложностей. С первой беседы она, казалось, поняла суть проблемы, но под конец задала вопрос: «А если я буду нормальной, то лишусь социального жилья?». Всё! Эта установка поддерживает женщину в проблемном состоянии. Клиентка вернётся к наркотикам и прежнему образу жизни, потому что неизвестно, что с ней произойдёт, если этого лишиться.

— Возникает интересный вопрос: а как же принцип «non nocere», «не навреди»? Если девушку, неспособную ходить, вылечить и заставить покинуть существующую среду, она может оказаться в ещё более нехороших условиях — скажем, займётся проституцией. Раньше она как адепт «Свидетелей Иеговы» имела сдерживающие моральные принципы (как бы сектантов ни ругали, у них есть определённые нравственные рамки). Лечением мы можем привести девушку, не привыкшую к соблазнам окружающего мира, к ужасному состоянию.

— Не мы приводим её к этому.

— Она придёт сама, но мы станем катализатором.

— Она вольна выбрать другое состояние.

— Вы согласны, что здесь очень важно не навредить?

— Безусловно.

— Вне зависимости от того, как себя вели родители, неизбежно наступает момент, когда дети определённого возраста отдаляются от них.

— Это очень распространённое явление, имеющее физиологическую основу. Во многих религиях указывается, что дети должны отделяться от родителей в определённом возрасте. Однако это происходит не во всех семьях. Существует превратное мнение, что абсолютно все дети проявляют негативизм по отношению к родителям, но чаще это встречается в семьях определённого типа. Патологические формы ситуация принимает, когда в ребёнке закладываются психологические установки, не совпадающие с теми, которые имеются у биологических отца и матери. Чаще это явление объясняется наследственностью.

— Например, при эмиграции, когда родители были воспитаны в стране с одной ментальностью, а ребёнок рос в другой.

— Да. Как правило, наиболее тяжёлые негативные ситуации складываются в семьях, где ребёнок с малых лет видит неискренность в отношениях родителей — это первый фактор дальнейшего отдаления. Второй фактор — отец и мать, ведущие двойную жизнь: в обществе они одни, в семье — совершенно другие.