Николае Русу - Лия

— Гречанка… и колдунья.

— Колдунья?!

— Что тебя удивляет? — спросила она, улыбаясь. — Я очень похожа на маму. А гречанки — самые красивые женщины. Нас трое сестер, и все мы похожи на маму. И брат Петрикэ похож на нее. Один только брат Козма — в отца: белокурый и глаза голубые, — никогда не скажешь, что мы родня.

— И вы все колдуны?

— Все, — ответила она и рассмеялась.

Тем временем Стелла принесла нам пива.

Утолив жажду, я оставил деньги по счету на столе и пригласил Лию в кино.

— Я не хочу, — ответила она.

— Тогда, может, погуляем?

— Только не больше часа, — согласилась Лия.

Мы вышли из ресторана. Солнце уже скрылось, над рекой легли сумерки. До нашего слуха доносилось далекое журчание воды. Я шел рядом с Лией, погрузившись в размышления и в то же время стараясь внимательно слушать свою спутницу, которая так необычно вошла в мою жизнь. Со всеми своими причудами, удивительной наблюдательностью и небывалыми историями.

— Лия, а как ты узнала, что я здесь живу? — нарушил я молчание.

— В прошлую командировку ты тоже останавливался в этой гостинице.

— Как, ты еще тогда меня запомнила? — моему изумлению не было предела.

— Да. Я заметила тебя однажды на улице. Потом, всякий раз встречая тебя, я не переставала удивляться, что ты все время один и ни на кого не заглядываешься. Обычно, парни, когда идут по улице, просто шею сворачивают, выискивая глазами девушек посимпатичней, а те, кто похрабрее и понахальнее, даже пристают с разговорами. И то, что ты не был похож на других, меня заинтересовало. Сначала я подумала, что ты женат, у тебя красивая жена и поэтому ты не смотришь на других. При каждой новой встрече я пыталась разглядеть обручальное кольцо на твоей руке. Наконец я удостоверилась, что ты не женат. Тогда я только-только сдала выпускной экзамен в торговом техникуме и у меня было много свободного времени. Однажды вечером я пошла следом за тобой и таким образом узнала, что ты остановился в этой гостинице. А в ней работает Стелла. Я ее тоже задействовала. От администраторши я узнала все остальное.

На следующее утро я пришла к гостинице и подождала, пока ты не отправился на работу. Я шла за тобой до самого комбината, на котором ты проводил ревизию. Теперь, узнав твой маршрут, я могла в любой момент увидеть тебя. Вскоре вышла в первый раз на работу. Меня назначили в первую смену, так что вечером я была свободна. Ты ужинал в ресторане рядом с нашим магазином, затем прогуливался около получаса по главной улице. Я шла следом, обгоняла тебя по четыре-пять раз, мне так хотелось, чтобы ты обратил на меня внимание, но твой отсутствующий взгляд неизменно скользил мимо.

Я досадовала и сожалела о том, что не парень, тогда бы научила тебя уму-разуму… Уж я бы устроила тебе трепку… Чем дольше ты оставался безразличным, тем сильнее мне хотелось привлечь к себе твое внимание.

Строила различные планы, но случайно ты пришел в магазин и зашел именно в мою секцию. Тут я не удержалась и вылила на тебя всю накопившуюся досаду.

Я не знала, что именно в тот день ты должен был уехать, иначе не устраивала бы сцены. Мне думалось, что ты пробудешь еще дня три-четыре и у меня будет время предстать перед тобой в другом свете. Но вечером узнаю, что ты уехал в Кишинев. У меня осталось твое имя в блокноте, который завели для проформы: мы задабриваем только самых требовательных покупателей. Правда, я надеялась, что ты все-таки еще приедешь за шляпой. Прошло больше месяца. И вот на днях Стелла сказала мне, что ты снова здесь.

Ждала, что ты придешь ко мне, то есть в магазин, но тебя все нет и нет, и я решила, что ты забыл о шляпе и тем более обо мне. Не в силах больше ждать, однажды вечером после работы решаю встретить тебя и… у меня был наготове один план. Дождалась, пока ты вышел из ресторана…

Стараюсь приблизиться незаметно, чтобы ты не почувствовал, как за тобой следят. Но ты внезапно обернулся. Я испугалась и, не отдавая себе отчета, отскочила в сторону, в тень густого дерева, затем побежала дальше и спряталась за автобусом, немного погодя перешла на противоположную сторону улицы и побежала домой…

Я шел рядом с Лией, сжимая ее тонкие пальцы в своей горячей ладони, и слушал, затаив дыхание. Несколько раз пытался прервать ее, спросить, однако она закрывала мне рот ладонью, в ее глазах появилась просьба, и она принималась говорить еще быстрее, охваченная приливом откровенности, как будто боялась, что у нее отнимут дар речи и она не сможет тогда рассказать мне все, что накопилось у нее на душе. Мы дошли до дворца культуры, затем свернули направо, на узкую улочку, утопавшую в зелени и освещенную редкими фонарями, пустынную и тихую. Лия продолжала говорить, глядя куда-то вперед и произнося слова почти скороговоркой и шепотом. Внезапно она умолкла, бросила на меня быстрый взгляд, чуть улыбнулась и закончила непринужденным тоном: