Ван Мэн - Средний возраст

— Вот те на! — В голосе Хоу Жуя зазвучало разочарование. — Разговариваешь с литературным редактором — и называешь эту гонконгскую пошлятину… Сказала бы: «Джейн Эйр», «Циркачи», «Слезы одинокой звезды», «Сяо Хуа», «Возвращение» — любой из них лучше этого «Автобуса»!

— Хоу Ин сказала правду! — вмешалась жена. — Зачем ей говорить по твоим шпаргалкам? Ищешь спутника жизни, так говори все как есть. Кстати, по-моему, «Автобус» совсем не так плох. Ты говоришь о пошлости — а что, у нас самих ее нет? Может, еще больше, чем у других!

— А ты его спрашивала? — продолжал допрос Хоу Жуй. — Ему-то что нравится?

— Не спрашивала…

— Но почему же?

Шуфэнь снова пришла на помощь:

— Сразу начинать расспросы неприлично. Это ты, когда за мной ухаживал, был такой нахал, все из меня выпытывал!

Хоу Ин опустила голову на грудь, Шуфэнь ласково расправила завиток волос на ее виске и стала выговаривать мужу:

— Ну что ты к ней пристал! Лучше бы спросил, понравился ли сестренке этот редактор.

— Действительно, как он тебе показался?

Хоу Ин закивала головой. Еще бы не понравился! Шуфэнь еще теснее прижала к себе золовку Ей в самом деле хотелось, чтобы та нашла свое счастье!

— А где был Цай Боду, пока вы разговаривали? — спросила она.

Девушка вскинула голову, ее глаза светились признательностью.

— Дядя Цай такой славный! Он поговорил с нами немножко, а потом отправился один гулять по Ванфуцзину. Еще когда мы шли с ним к Дунданьскому парку, он сказал, что только познакомит нас, а потом уже мы сами можем разговаривать, сколько захотим. А вечером сходит к тому человеку и узнает, какое у него настроение. Если будет не очень поздно, он постарается позвонить брату…

— Вот как? — Хоу Жуй взглянул на часы: они показывали двадцать минут десятого. — Нет, сегодня уже вряд ли позвонит. А вообще ты права, Цай Боду заботится о делах нашей семьи не меньше, чем о своих собственных. А ты все-таки скажи: вы хоть договорились о следующей встрече?

— Нет…

— Но почему?!

— Чему ты удивляешься? — возразила жена. — Человек ведь не знает, как он показался нашей Ин! Вот когда Цай Боду поговорит с ними обоими, станет ясно, у кого какое настроение.

В этот момент в комнату вошла мать. Она вернулась от соседки — пожилой женщины, жившей примерно в таких же условиях. Главной темой их беседы были невестки — какими бы хорошими они ни были, все равно хоть чем-то да прогневят родных мужа. В этом обе женщины были вполне согласны, и на душе у старой Хоу немного отлегло. Увидев младшую дочь, она воскликнула:

— Ин, ты уже дома! Давно вернулась? Ну, говори, понравился он тебе?

Она уже забыла обо всех, кроме своей незадачливой дочери.

Бай Шуфэнь ответила ей первая:

— Мама, по всему видно — они подходят друг другу. Разговаривали больше получаса!

Вырвавшееся у невестки слово «мама» растопило сердце свекрови.

— Да что ты? — заулыбалась она. — Слушай, Ин, не нужно стесняться родных. Уж нам-то можно рассказать без утайки, как там у вас было! — Она придвинулась к дочери. — А ты обо всем расспросила? Это правда, что у него зарплата восемьдесят семь юаней пятьдесят фэней?

— Тут ошибки быть не может, — ответил за сестру Хоу Жуй. — Цай Боду все выведал заранее.

— Да ведь это не такая уж большая зарплата… А у них там бывают премии? Транспорт, парикмахерскую оплачивают?

Хоу Ин покраснела и отвернулась.

— Понятия не имею, не спрашивала..

— А почему нельзя спросить? Он небось спрашивал? Да ты и сама могла ему сказать, что мы не хотим от тебя ни гроша. Если вы поженитесь, можете приносить нам немного сладостей по праздникам — мы и этим будем довольны!

— Мама, они ведь первый раз встретились, как же говорить о таких вещах! — не выдержал Хоу Жуй.

— А о каких же вещах говорить? Одному за сорок другой двадцать седьмой пошел, обоим тянуть больше некуда. Что же им, беседовать о цветах и луне, целый год вздыхать друг по дружке? Повидались раз-другой, подходит — ну и валяйте, играйте свадьбу!

Вдруг раздвинулась дверная занавеска, и просунулась голова Эрчжуана. Он обратился к Хоу Жую, но сам смотрел на его сестру:

— Старина, тебя к телефону Это Цай Боду.

Хоу Жуй вскочил и быстрыми шагами направился к телефону; у всех тревожно забилось сердце.

— Боду, ты где сейчас?

— У подъезда того человека, говорю из автомата…

— Так что, он согласен?

— Да как тебе сказать, вроде бы не очень…

— Чем же наша Ин ему не подходит?