Александр Колупаев - Зеркало судьбы

— Васильев Петр Ильич, мой тесть, то есть отец моей бывшей жены, правда мы с ней в разводе почти шесть лет, но её отец из-за болезни десять лет тому назад отошел от дел и, увы, пять лет его уже нет на этом свете с нами — отвечает адвокат.

— Выразить мое вам большой соболезнование, по поводу ухода по жизни достойного господина. Мне иметь к вам отшень, отшень важный дел. Поскольку господин Васильев много порядочных рекомендаций иметь, позволить у вас узнать, вы обеспечить сохранность его дел в один тысяча, девять сотен, пятьдесят шесть лет?

— А, как же, непременно, непременно все сохранено! Весь архив, в том числе и по тысяча девятьсот пятьдесят шестому году, в полной и безусловной сохранности!

— Я возволить узнать, хранится там, ваша архива, мея аки (японский язык), маленький box, яшика, по рюсски?

— Да, среди дел за этот год, есть и опечатанная шкатулка! В книге актов имеется запись, что следует сделать с этой шкатулкой при обращении за ней клиента разместившего её на хранение или поверенное лицо, если таковое объявится! — адвокат машет рукой в сторону шкафов.

Господин Исидо Томару поворачивается к пришедшему с ним господину:

— Ами, мея акаи, хошиагаси тадоа! Я говорить господину нотариусу, что вся документ есть порядок!

— Да, да, вот книга регистрации юридических дел, Никифоров, порывшись, вынимает из стола книгу, вот она, разворачивает её и найдя нужную строку, читает: «Сентябрь 1956 года», по вашему делу, кроме записи есть конверт, право его раскрыть у меня наступит только в присутствии двух юридических лиц, господа, если вы предъявите свои документы, я могу огласить содержимое конверта! — закрывает найденную в шкафу папку, заложив нужную страницу линейкой.

— Хаоки агаси тода хошиагаси! Я есть просить господина государственного нотариуса страны Восходящего Солнца предъявлять нужный документ! Это есть наш паспорт, это есть заверенный консулом перевод наш паспорт! — передает документы адвокату.

— Прекрасно, тогда позвольте мне сделать запись в книге регистрации актов о вскрытии конверта — раскрывает книгу и делает короткую запись.

В это время японец, осуществляющий перевод, обращается к солидному господину в кимоно:

— Хошиагаси тадоа, себу акаи манити!

— Хо, акаи до! — ответил господин в кимоно.

— Я есть говорить господина государственного нотариуса страны Восходящего о регистрации наш паспорт!

После записи в книге, адвокат показывает подклеенный к странице конверт, отрывает его и, держа на весу, перед посетителями, раскрывает.

Достает два листочка. На одном две строчки иероглифов, на другом — русский текст. Лист с иероглифами протягивает японцам. Другой читает сам. Потом с изумленным лицом заглядывает в конверт и вопросительно смотрит на посетителей.

Те с невозмутимым видом читают свой текст, и японец в кимоно достает из складок своей одежды, узкий конверт, вынимает половинку старой советской купюры мелкого достоинства.

Адвокат, кивает в знак согласия и вынимает из своего конверта вторую половинку разорванной купюры. Складывает их вместе, затем показывает присутствующим целую бумажку.

— Мы есть убеждать, наши полномочия по открытия, мея аки (японский язык), ящика.

— Да, да все соблюдено точно как, в акте передачи, и мы имеем полное право открыть шкатулку!

Никифоров достает небольшую шкатулку, показывает её присутствующим и, оторвав пломбу, открывает. Показывает еще раз открытую шкатулку.

На дне лежат две бумажки. Одна — конверт, вторая свиток. Держа на весу, открывает конверт, заглядывает внутрь, кладет на стол, и разворачивает свиток. Две ровные строчки иероглифов. Протягивает японцам.

Те читают, выражают удовольствие прочитанным текстом и обращаются к адвокату. Тот читает русский текст:

— Я, Кото Донацу, подданный его императорского величества, с 1923 года рождения, префектура Нагоя, в настоящее время имею статус военнопленного, в присутствии государственного адвоката Васильева Петра Ильича и двух свидетелей Мацумито Сато и Кобда Тару, так же являющиеся подданными его Императорского Величества, Страны Восходящего Солнца, подтверждаю, что советский гражданин Иван Михайлович Перышкин, родившийся 15 сентября 1955 года в поселке Белоусовка ВКО, от матери — гражданки Советского Союза Перышкиной Светланы Владимировны, обьявляется моим старшим сыном.

Согласуясь с Кодексом Его Императорского Величества, а также согласно с гражданским Кодексом префектуры Нагоя, я, Кото Донацу, возлагаю на себя все обязанности отца и признаю своим сыном Перышкина Ивана Михайловича, которого нарекаю японским именем Котомито Сабуру Донацу.