Елена Блонди - Дискотека. Книга 2 [СИ]

— Билет, — сказал кто-то над самым ухом. Ленка вздрогнула, остановилась и ее тут же затолкали, доброжелательно обходя и спихивая на обочину к забору с провисшими проволоками.

— Девушка, — требовательно добавили сзади, — вы с группой? Проходите, пожалуйста.

Ленка замялась, но ее снова толкнули, направляя, и она оказалась в строю летних людей, за широкой спиной в пятнах пота. Где-то впереди монотонно вещал экскурсовод, таким усталым и одновременно бодрым голосом, что непонятно — мужчина или женщина. Что-то о ханах, невестах, о каменных коронах и драконах, такое, истертое повторениями, и никому толком не интересное, так что все спотыкались, глядя по сторонам и переговариваясь. Вытирали пот платками, скидывали на плечи шляпы из синтетической соломки, и те болтались на плетеных шнурках. Вот голос скомандовал, вытянутая змейкой толпа послушно посторонилась, пропуская встречных, таких же потных и радостных, с платками на шевелюрах и лысинах, и шляпы, шляпы из синтетики.

Ленка нахмурилась, пытаясь рассмотреть за караваном туристов сверкающее море, скалы и уходящие к ним тропинки. И свернула резко, руками распихивая ленивые горячие тела.

Голоса чуть утихли, Ленка спускалась, с надеждой узнавая окрестности. Вот высокая скала, одним краем тыкается в воду, вдоль нее неровные ступени в глине, прикрытые зеленью и желтыми круглыми листьями. Она оглянулась, убедилась, что никто ей не кричит, и пошла быстрее, хватаясь за ветки и проскальзывая. Облизала сухие губы, прыгая на крупную цветную щебенку. Почти упала, и выпрямилась, с разочарованием оглядывая каменистый пляжик, по которому слонялись группки людей с фотоаппаратами. Их было человек тридцать, кто-то бродил по воде, другие, присев на корточки, перебирали неудобные каменные осколки, показывая друг другу. На уступе скалы девушка, изгибаясь, смеялась, складывая над головой руки.

Ленка повернулась и полезла обратно, цепляясь за ветки, ставшие неудобными, колючими. Небо маячило перьями облаков, солнце над черным хребтом сверкало до рези в глазах. Группа туристов уходила, оставив Ленку на относительно пустом пространстве, а издали неумолимо приближалась еще одна толпа. И вокруг шум. Крики, смех, мегафонный говор, грохот лодочных моторов с воды.

Она встала, растерянно оглядываясь. То, что казалось совсем простым, стало вдруг сложным. Долго идти к следующей бухте, и не видно, вдруг в ней тоже народ. Непонятно, где искать тропку, спуститься ли ниже, теряя время, или идти дальше, и спускаться там.

Теперь ее нет, этой бухты, сказал в голове ясный голос, а ты не верила. Ее не видели художники, не просто не разглядели, а не слышали Панча, который кричал им в полный голос, смеясь и размахивая длинными руками. И знаешь, почему? Потому что она появляется, для него. И для тех, кто с ним, кого он хочет взять с собой. Не для тебя, Малая. Если ты не можешь в нее попасть.

Я могу…

Ленка быстро шла по натоптанной общей тропе, кусая губу и сжимая кулаки. Конечно, могу, просто надо сосредоточиться и внимательно оглядеться. Она обязательно будет!

Но сердце билось уже по-другому, медленно и устало, говоря, что ее уверенность исчезает, а на ее место приходит другая. В том, что Панч там, куда ей больше нет хода. Нельзя пускать в сердце эту унылую уверенность, знала Ленка, но как уберечься от уныния, не знала. Ничего не поможет, думала она, ни-че-го.

Стоять на широкой тропе, ожидая когда пройдет очередной караван туристов, стало вовсе невмоготу, Ленка вздохнула и полезла выше по склону, треща кустами и подворачивая ноги. Встала на покатой полянке, внимательно осматривая сверху белые пятна тропы, серые и коричневые камни, зелень и желтизну, синие куртинки дикого льна. Где-то рядом исчезающее пах чабрец, прямо у ног. Хотелось плакать, и одновременно было страшно, что придется уходить. Или — бродить, без всякой надежды. В голове возникали какие-то варианты, и тут же поспешно отвергались, такой детский сад, думала она, в ответ на всякое — помолиться, захотеть сильно-сильно, срочно придумать волшебное слово, зарыдать, или крикнуть, множа горное эхо.

Да что же я такая… Вот другая бы!..

Не будет больше сказок, Мала-Мала, поняла для себя Ленка, нагибаясь — сорвать сушеных листиков чабреца. А вариантов осталось всего два. Или вернуться, чтоб снова отправиться на поиски, на этот раз вместе со всеми, с ребятами, Вероникой и сторожем.

Или…

Проверю еще пару бухт, решила Ленка, осторожно спускаясь на надоевшую туристскую тропу. Ну, или три бухты, а может, четыре, часы на руке, да и чего торопиться, через час Вероника все равно отправит ребят на поиски, так что времени у Ленки вагон, можно идти и идти, просто так, пока солнце не скатится за вырезанные вершины гор.