Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Надо отдохнуть, Берт, завтра наверняка отправимся к этой чертовой скале, — она усмехнулась, — поживем немного в палатке. Приходилось раньше?

Отпила ещё один глоток, уже побольше, рот и язык слегка обожгло, но ощущение скорее приятное. И тепло внутри усилилось, успокаивая и расслабляя. Отвечаю на оба вопроса сразу, удобно оперевшись спиной на подушки.

— Нет, Джил, и не пила чай с коньяком, и в палатке не жила, — тоже улыбнулась, — забыла разве, что я девочка с фермы?

Джил снова вздохнула, держа чашку между ладоней и задумчиво глядя на колышущуюся поверхность чая. Как маленькое озерко… Тихонько фыркнула.

— Хороша девочка с фермы… Но, Берта, — Джил устремила на меня пристальный взгляд темных упрямых глаз, — ты кое-что мне обещала там, у причала. Прошептала на ухо, просила подождать до вечера. Вот, за окном вечер, все внизу и это надолго. Поговорим? Что там произошло? Что вообще происходит?

Она осеклась, увидев, как напряглось мое лицо. Да, я все помню, я обещала ей все объяснить, она имеет право знать, она моя подруга… Джил спасла меня там, в лодке… Джил и Клайд… Но как же мне ей сказать? Как? Она увидела мои колебания и тихо произнесла, положив ладонь на мою руку.

— Я уже просила Клайда рассказать мне. Вчера ночью, когда ты спала, мы говорили с ним о разном, в гостиной…

— О чем же?

Она увидела что-то в моем лице, наверное, промелькнуло в глазах. Я вспомнила… Тихий стук в дверь, когда я засыпала. Это была Джил. Клайд не рассказал мне об этом. И все эти мысли сейчас отразились на моем лице, она без труда их прочла и тихо рассмеялась.

— О многом, Берта, но не о том, что ты сейчас подумала. Клайд не успел тебе рассказать?

Молча качнула головой, но уже успокаиваюсь. Когда бы он смог? Мы ни минуты не были одни, а потом разговор внизу, причал… И сейчас они все там, а нас Клайд оставил здесь. А тогда ночью, когда они с Джил говорили, я просто спала, и, конечно, будить меня муж не стал. Вздохнула, тоже улыбнувшись, отпила из чашки. Рот обожгло сильнее, невольно поморщилась, надо осторожнее.

— Так о чем вы говорили?

Теперь вздохнула Джил, задумчиво глядя на меня поверх своей чашки.

— Он не Клайд. Я поняла это.

И мы надолго замолчали, я не знаю, что ей на это ответить, а Джил уже сказала самое трудное и главное. Как всегда, прямо и решительно. И затянувшееся молчание она прервала первой.

— Мы подруги, Берт. Потому — ничего не бойся, я никому никогда не скажу, даже брату с сестрой.

Я почувствовала немалое облегчение от того, что она сама начала говорить, растерянность не давала мне решить, что сказать в ответ. Отрицать? Рассмеяться? После всего, что уже сделал Клайд на ее глазах, перед всеми? Мы подруги, она сегодня спасла меня, не задумываясь, прыгнув в лодку. Неужели я буду делать из нее дурочку, да и из себя тоже? Ах, Джил, перестань, тебе показалось, просто он у меня такой замечательный, а вы его совсем не знали? Стало противно даже от этой мысли, это как предать моего мужа, предать… Андрея. Отдать его ему… Ему. И все будут считать, что со мной — он. Тот, кто потерял право быть Клайдом, кто потерял право на это имя. Да, я не хочу, чтобы в Ликурге узнали правду, даже не представляю, что бы тогда было… Пусть думают, что хотят. Но Джил… Ольга… Гилберт… Они наши друзья, они сами все поняли. И никому не сказали и не скажут. Их я не хочу обманывать, Клайд не хочет. Ольга с Гилбертом уже все знают, чем Джил хуже их, почему я не могу ей признаться? Спросить сначала Клайда? Джил сидит рядом и ждёт моего решения, сказать ей — ещё подожди, я спрошу мужа? Нет. Я скажу ей и Клайд меня не осудит, он не будет против.

— Да, Джил, он — не Клайд. И ты обещала сохранить эту тайну.

В тишине комнаты мы обе вздохнули с облегчением, все вдруг стало просто и понятно. Я поняла — Джил опасалась, что начну лгать и изворачиваться. Она, как и я, не терпит криводушия между близкими людьми. А мы с ней — стали близки. Только сейчас почувствовала, насколько это давило на нас с Джил. На меня и Ольгу… Как это стояло между Клайдом и Гилбертом… Вспомнила, как эта тайна разделяла и нас с ним, бывало очень, очень больно… Теперь все станет иначе. Мне трудно говорить неправду, я не умею. Придется это делать всю жизнь перед остальными, но с самыми близкими — уже не нужно. Как же хорошо…

— Я не прошу, чтобы ты рассказала все, Берта, но… Что можно — скажи, сама решай. Это же я сказала Клайду ночью в Утике… Скажите, мне так будет легче, — Джил улыбнулась и отпила из чашки, — и тебе тоже, я же вижу.