Сергей Магомет - Сильные впечатления

Она положила голову ему на плечо, а ладони устроила у него на груди.

— Мы едва знаем друг друга, а у меня такое чувство, словно я нашел близкого человека, — сказал Волк. — С Оксаной не было ничего подобного.

— Никогда?

— Конечно, мы были с ней мужем и женой так долго, что чтото, наверное, я сейчас чувствую.

— Пожалуйста, поточнее, — беспокойно шевельнулась Маша.

— Как будто из моей жизни ушло чтото очень знакомое. Приятное или нет — неважно. Я ловлю себя на мысли, что я чтото потерял. Потом вспоминаю, что именно, и вижу, что это не такая уж большая потеря.

— А тебе легче оттого, что у нее есть ктото другой? Что она останется с ним?

— Я бы не сказал…

— Ты ревнуешь? — спросила Маша, затаив дыхание.

— Нет, но… мне тяжело сознавать, что меня предали, — медленно выговорил он. — Она меня предала.

— Что ты такое говоришь?! — резко садясь на постели, воскликнула Маша. — Это отвратительно! Ты не жил с женщиной, ты ее не любил, ты ей изменял, а теперь ты говоришь, что она тебя предала?

— Если бы она захотела, я бы остался ей верен, — сказал он. — Я бы жил с ней и не изменял.

— Нуну, дальше, — прошептала Маша, не веря своим ушам. — Это очень интересно… Это чтото невероятное…

Все рушилось, едва успев начаться.

— Что тут невероятного? — удивился он. — Она ведь моя жена. Было бы подло — предать ее и бросить только потому, что у нас не заладилось в постели.

— Какая я дура! — ошарашено бормотала Маша. — Как я могла связаться с таким человеком, как ты?!

— Что такое? — удивился Волк и нежно притянул к себе упиравшуюся Машу. — Что тебя так поразило? Разве мужчина не должен быть верен своей жене? Что бы ни случилось в жизни, разве супруги могут предавать друг друга?

— Подожди! — сказала Маша и снова резко отстранилась. — Дай собраться с мыслями… У меня голова идет кругом!

Он привстал и, положив ей ладони на плечи, заглянул в глаза.

— Кажется, я понял… — наморщив лоб, проговорил он. — Наверное, ты считаешь, что отношения между мужем и женой, а точнее, супружество — заканчивается в тот самый момент, когда вдруг выясняется, что они не сошлись характерами или один из них нашел себе более подходящего партнера? Неужели ты думаешь, что брак это простая формальность? Что развестись также просто, как плюнуть на пол? Развестись — и вступить в новый брак… Может быть, это считается признаком простого и без комплексов отношения к жизни, но я так не думаю.

— А как ты думаешь? — спросила Маша.

— Я думаю, что отношения между мужчиной и женщиной не могут быть простыми и уже по своей сути состоят из одних комплексов, — заявил Волк. — Любовь и страсть — это стихийные и разрушительные силы, и только закон супружества может ее обуздать.

— Хорошо… Давай рассуждать спокойно, — сказала Маша, потерев пальцами виски. — Значит, потвоему, если Оксана встречается с другим мужчиной — это предательство, и тебя это огорчает.

— А как мне может нравиться, если моя жена спит с другим? — осторожно поинтересовался он.

— Но ведь тыто со мной спишь! — вскричала Маша, забыв о том, что только что собралась рассуждать спокойно.

— Начнем с того, что я с тобой не сплю. Я тебя люблю. А кроме того, мужчина это всетаки мужчина, а женщина — женщина…

Маша почувствовала, что вотвот задохнется от ярости.

— Это гадко, пошло, отвратительно, низко, эгоистично, примитивно! — выпалила она.

Ей хотелось сейчас же, среди ночи, одеться и бежать прочь от этого человека. Но чтото ее, тем не менее, удержало. А он неторопливо раскурил свою черную трубочку и задумчиво повторил:

— Да, я уверен, что женщина и мужчина — разные существа. Если бы они были одинаковыми, то тогда зачем они друг другу? Я не могу это хорошо объяснить, но только знаю, что, может быть, вся прелесть человеческой жизни, все то, что кажется нам прекрасным, существует лишь на этом крошечном отрезке. Не будет его, и ничего не будет…

Он обнял ее, и она бессильно припала к его груди.

— Подумай сама, глупенькая, — продолжал он, гладя ее по волосам, — разве два человека могли бы соединиться и сделаться одной новой плотью, если бы они были одинаковыми? Я люблю тебя, потому что ты это ты, и я люблю тебя, как никого на свете не любил и не полюблю. Другой такой не найти.

— Наверное, я действительно глупая, — вздохнула Маша. — Я уже не понимаю ничего из того, что ты сказал, но мне так приятно это слышать…

Некоторое время она молчала, а потом вдруг спросила:

— Скажи, а ты ревновал бы меня к моим друзьям и моей работе?