Беатрис Уильямс - За морем

— Скажи, что я должен сделать, чтобы убедить тебя в моей искренности?

Я невольно расплылась в улыбке:

— Можно попробовать перейти к умопомрачительной ночи любви.

— Кейт, Кейт, ты меня просто убиваешь! — засмеялся он, щекотнув дыханием мне шею.

— Почему же нет? Или ты не веришь мне? Или это такой моральный принцип? Никакого секса до свадьбы? — Последнее само сорвалось с языка, не успела я опомниться.

Джулиан долго смотрел на меня своими ласковыми зеленоватыми блестящими глазами, так что я начала чувствовать, как под его взглядом вспыхиваю каждой клеточкой своего тела.

— Когда я впервые увидел тебя тогда, в конференц-зале, — заговорил он наконец тихим бархатным голосом, — все, о чем я мог думать: «Вот она! Я наконец ее нашел». Я собирался ухаживать за тобой, Кейт, как полагается. Жениться на тебе. На тот момент — в полной эйфории от того, что отыскал тебя, — я напрочь позабыл, что я эдакий каприз природы, а не нормальный человек. Что просить тебя остаться со мной, быть моей, означает заставить тебя разделить это со мной. Причем кто знает, что мне еще уготовано? Я просто не мог просить тебя об этом.

— И ты решил отделаться от меня.

Сердце у меня отчаянно заколотилось, будто торопясь к неведомому пока предназначению. Я взяла в ладони мужественные изгибы его скул, обхватив пальцами прекрасное лицо, в котором сейчас горело страстное желание, бурлящая, но сдерживаемая страсть. Опустила веки, полнее ощущая ладонями его плоть, такую жаркую и манящую.

— И что же изменило твое решение? — спросила я.

— Я увидел, как на тебя бросился тот мерзавец в парке, — резко, не раздумывая ответил он. — Ничего подобного я прежде не испытывал. Даже на войне, в самые суровые ее моменты…

Соскользнув ладонями с его лица, я провела пальцами по его горлу. Потом развязала на Джулиане галстук, стянула с шеи.

Он закрыл глаза:

— Я самый эгоистичный на свете тип, раз так невыносимо желаю, чтобы ты была рядом.

— Нет, это не так. — Я расстегнула верхнюю пуговицу сорочки, затем, не торопясь, следующую. — Просто ты измучился одиночеством. — Я прильнула губами к ямочке на его горле и почувствовала, как он весь дрожит. Такой большой, сильный и всемогущий мужчина — и я заставляю его трепетать! — Тебе это необходимо. И тебе нужна я.

— У меня больше нет сил сделать все как полагается. Теперь я даже не представляю, как все должно быть…

— Так все и должно быть. — Я коснулась его языком.

— Это не может быть правильным.

— В моем веке — может. В том веке, в котором ты сейчас живешь.

— Это необдуманно с твоей стороны.

— Мне и не нужно об этом думать. — Я продолжала ласкать губами его грудь, силясь отыскать верные слова, чтобы окончательно убедить Джулиана. — Это не то, о чем надо раздумывать. В смысле, кто читает весь проспект, строчку за строчкой, уже решив приобрести предложенное. — Я вновь ощутила губами дрожь его тела. — Ты тот, кто ты есть. И для меня важна лишь сама твоя суть. Тот человек, что в тебе сидит. Тот мужчина, которого я обожаю. Все остальное — лишь детали, мелочи.

— Мелочи?! То, что я родился столетие назад? Что я всегда буду скрывать кое-какие вещи и хранить секреты даже от самых близких наших друзей? А что, если это случится снова, причем без всякого предупреждения? Ты только подумай, Кейт, как все это осложнит твою жизнь!

Я отклонилась назад, серьезно посмотрев ему в лицо.

— Это в любом варианте усложнило бы мне жизнь, Джулиан.

— Ох, не напоминай, — с горечью ответил он. — Мне следовало все рассказать тебе, пока не было поздно. И держаться от тебя подальше, чтобы не причинить страданий.

— Ничего бы не вышло. Потому что поздно было с того самого дня, как мы впервые встретились.

— А что будет через десять, двадцать лет, когда ты устанешь хранить мои секреты?

Я даже не стала на это отвечать.

— Твое прошлое, Джулиан, я не расцениваю иначе как дар судьбы, потому что как раз оно и привело тебя ко мне. Это то, что делает тебя именно тобой, непохожим ни на одного человека в мире.

— Кто-то ведь может все выяснить.

— Мы с этим справимся.

— Кейт, это невыносимый груз…

— Что ж, я не позволю тебе нести его в одиночку. Джулиан, я здесь, с тобой! Ты уже это сделал — ты привязал меня к себе, и то, что я сегодня узнала, ничего ровным счетом не меняет. Так что пересиль это в себе, ладно? Уведи меня в свою спальню. Мне необходимо… — Непрошеные, беспричинные слезы снова навернулись на глаза. — Мне необходимо, чтобы это произошло. Мне нужно… Я не могу это объяснить… Я уже вся измучилась… Я просто жду этого. И мне нужно только, чтобы ты взял меня на руки и всего лишь… Прошу тебя… соедини же нас. — Схватив его за руки, я крепко сцепила наши пальцы, словно пытаясь слиться с ним.