Беатрис Уильямс - За морем

— Это ты делаешь меня счастливой. Вот я сижу здесь, наконец ощущая тебя рядом, и я… бесконечно счастлива. Просто счастлива. Это все, чего мне хочется в этой жизни.

— Все? — лукаво переспросил он. Его пальцы переплелись с моими, большой палец прижался к кольцу на моей руке.

— Ты. Только ты…

— Я весь твой, Кейт.

— Да, наконец-то… — Я крепче свела на себе его блестящие от воды руки. — Я так скучала по тебе. По твоим ласкам, прикосновениям. Не хочу, чтобы это звучало как-то театрально, просто за лето я избаловалась, привыкнув к тому, что ты всегда в пределах досягаемости.

— Угу… — Снова наступил момент молчаливого единения. Наконец Джулиан нарушил его низким густым голосом: — А знаешь, что меня поддерживало в самый разгар этих проклятых заседаний, когда разные банковские лица монотонно и бессмысленно что-то нудили?

— Даже не представляю.

Он склонил ко мне голову, прижавшись щекой, и его жаркое дыхание овеяло мне лицо, шею.

— Я начинал с того, что представлял тебя в самый пик экстаза, любимая. Когда твои щеки пылают пунцовым заревом и глаза горят, словно умоляя унести тебя за грань бытия. И я спрашиваю себя, надолго ли меня хватит, сколько еще я смогу вот так удерживать тебя на краю бездны, не разлетевшись сам на изначальные элементы.

— О классно! И судьба Уолл-стрит при этом висит на волоске. — Я закрыла глаза. Щекочущий ноздри пар, аромат ванили и Джулиан рядом — поистине восхитительная, волнующая смесь.

— Или еще, когда ты сама берешь инициативу, — продолжал он, скользя влажными ладонями вверх, — и голова твоя откинута назад, а волосы, темные, как сама ночь, ниспадают на плечи, и твои белые в полумраке груди упруго колышутся перед моими глазами — и я чуть не теряю рассудок при виде тебя, ощущая твою близость, твою плоть.

— Джулиан… — выдохнула я, накрыв его ладони своими.

— Однако эта картинка все же чересчур возбуждающая, — признал он, лаская большими пальцами мне грудь. — И потому я представляю тебя уже после, простершуюся на моей груди, когда твоя нежная кожа светлеет на мне чудной полоской лунного света. И наконец ты взглядываешь на меня своими светлыми ясными глазами, даруя мне чарующую улыбку. Или еще обронишь что-нибудь озорное в мой адрес, чтобы я и в минуту отдыха не мог выйти из-под твоей власти. И я дивлюсь: имею ли я право на такое счастье? Не искушаю ли я небеса на какое-то дьявольское возмездие одним лишь тем, что познал такое несказанное блаженство?

— Ты, наверное, единственный на свете человек, способный терзаться этим вопросом, — ослабевшим голосом произнесла я. — Все, что в этот момент возникает лично у меня в голове, — так это сколько времени тебе понадобится, чтобы возбудиться вновь.

— И всё? — Просунув руку под водой, Джулиан щекотно ущипнул меня за попу. — Я значит, весь изнемогаю от любви к тебе, а ты, маленькая плутовка, только и думаешь как о новом потрясающем оргазме?

— Еще бы, — хихикнула я, заерзав, чтобы увернуться от его щиплющих пальцев, — у тебя это… так классно получается… Джулиан!.. Ну ладно, ладно, я тоже… ой!., иногда… погружаюсь в бездну метафизики… Ну, Джулиан!.. Я серьезно. Ты сам знаешь. Отлично знаешь… что я…

— Что ты? — унял он наконец шаловливые пальцы и снова обхватил меня обеими руками.

— Ты прекрасно знаешь, что я чувствую.

— Угу-у, — промычал он, зарывшись губами в мои волосы, и, зажмурившись, я прижала к себе его руки.

В возникшей тишине стало слышно, как над нами тихонько проскрипели половицы, зажурчала по трубам вода. Судя по всему, Мишель укладывалась спать.

— Чарли сказал, тебя тут на днях кое-что сильно встревожило, — заговорил наконец Джулиан.

Я пристроилась к нему поудобнее.

— А это… Да парень какой-то все крутился поблизости, когда мы с Чарли открывали дом. Возможно, что нынешний тип. Похож телосложением.

— Угу, — снова буркнул он.

— Да, и еще кое-что. Когда я зашла в свою квартиру, у меня сложилось впечатление, будто Брук рылась в моих вещах, и я даже подумала…

— Рылась в вещах? Что ты имеешь в виду? — Голос его сразу напрягся.

— В смысле, в бумагах, документах. В ящиках комода. Не то чтобы у меня хранилось что-то сверхсекретное, но в связи со всеми этими событиями в «Стерлинг Бейтс», при том что мы оба в этом завязаны…

На мгновение повисла пауза. Я чувствовала лишь, как подо мной медленно напрягаются, точно перекатываясь, его мышцы.

— Милая, — сказал он наконец, — а почему бы тебе завтра не позвонить в «Аллегру» и не изложить им все в деталях. Можно завтра же нанять фургон и вывезти оттуда твои вещи.