Вильям Козлов - Дети ада

— Начальство за горло взяло, Антон Владимирович! — признался капитан. — Я бы тебе не то что автомат — танк с пушкой доверил бы.

— Скажи начальству, что врут бандиты, — посоветовал Ларионов. — Выходит, им больше веры, чем мне?

— Они признались, что выкрали это оружие у южан — ночью обчистили их машину у гостиницы под Псковом.

— Значит, оно бесхозное?

— Сколько сейчас по стране разного оружия гуляет...

— Вот и отбирайте его у преступников, — сказал Антон. — А я, если чем и разжился, Степан Трофимович, так рискуя жизнью в честном бою.

— Я-то понимаю, а вот подполковник...

— Я все сказал, — отвернулся от него Ларионов, и стал быстро вытягивать из лунки тонкую жилку. Попалась плотвица.

— И тут тебе везет, — подал голос участковый. У него не клевало.

Прибежал на лед Игорек. Он заметно вытянулся, отцовские глаза тоже блестят. На ногах большущие черные валенки. Нагнулся, потрогал мерзлых окуней, бросил настороженный взгляд на участкового.

— Пап, мамка зовет обедать, — сказал он.

Антон поднялся с ведра, сын побросал туда плотву и окуней, подхватил за обледенелую дужку и первым направился по оставленным в снегу следам к берегу.

— Степан Трофимович, прошу с нами отобедать, — церемонно пригласил Антон, пряча в заиндевелых усах улыбку. Огромный, широкий он стоял на льду с пешней в руке и сверху вниз смотрел на щуплого участкового.

— Не откажусь, — поднялся с ящика тот, прищурившись взглянул на чистое небо. — Благодать-то какая, а? На земле черт те что творится, а на небе чисто, светло.

— Пишут, Трофимыч, что и в атмосфере подлые людишки в защитном от радиации озоновом слое ухитрились больших дырок наделать, — заметил Антон. — Все на земле гомо сапиенс изгадил, теперь и за небо взялся. Только я думаю, Господь Бог не допустит.

— Никак верующий? — подивился Терентьев.

— В вере наше спасение, — туманно сказал Ларионов.

— Редкий день не говорят про экологию, — складывая снасти в ящик, сказал капитан. — Говорят, говорят, а ведь ничего не меняется.

— Французский король Людовик Четырнадцатый в свое время сказал: «После нас хоть потоп!» Так и теперь в нашем мире живут.

— Не нам с тобой, Антон Владимирович, что-либо менять, — усмехнулся капитан.

— Жалко их... — показал глазами Антон на шагавшего впереди сына. — Им после нас жить на этой истерзанной земле.

— Может, они будут умнее нас.

— Трофимыч, ты, пожалуйста, при жене не заводи разговор про оружие и бандитов, — попросил Антон.

— Как там в мире — не знаю, а здесь денек-то какой! — будто не слыша, сказал Терентьев. — Порыбачим попозже?

— У меня с десяток живцов на щуку поставлено, — кивнул на дальний берег Антон. — После обеда проверим. Нет-нет щучку и сниму.

Скрипя валенками, они шагали по старым следам. Снег на озере был неглубокий, кое-где метель слизала его до стеклянного блеска. На берегу, приложив козырьком варежку ко лбу, на них смотрела Зинка-почтарка. Она была в серых солдатских теплых штанах и ватнике. Желтой с провалившимся ртом морщинистое лицо было угрюмым. У ног ее ведра с коромыслом.

— Не досаждает эта тараторка? — негромко спросил капитан.

— Иногда гавкает со своего двора, да мы внимание не обращаем.

— Ей дали за убийство мужа три года условно, — сказал участковый. — Пустой человек был ее муженек, пьяница и вороватый. На суде она сказала, что когда ты тут строился, он воровал у тебя доски, вагонку, шифер. Не для себя, конечно, продавал на сторону.

— По сравнению с ней он был ангел, — проговорил Антон. — А то что бездельник... Так я погляжу здесь мало крепких хозяев. Почти всех коров распродали, держат мелкую живность для себя, чтобы ноги с голоду не протянуть.

— Нужда припрет — займутся сельским хозяйством и животноводством, — сказал Терентьев. — Есть-пить- то надо? Раньше все в магазинах брали, скотину кормили почти дармовым хлебом, а теперь буханка ого-го сколько стоит!

— Все равно берут мешками — кур-то и свиней надо кормить? А Зинка недавно телушку купила. Надо сказать, что работы она не боится: с утра до вечера суетится, что-то делает. Одна беда: нет рядом мужика, на которого можно наорать. Теперь по полчаса костерит в хлеву свиней, телушку, да все отборным матом!

— Антон, а кто был там в Великополе с тобой на квартире у этих бандитов? — негромко поинтересовался капитан... — Один бы ты с ними с тремя не справился, хоть и богатырь. Они тоже ведь лыком не шиты. И потом видели соседи вас двоих. Тот, кто был с тобой, получил ножевое ранение. Кто это, Антон Владимирович?