Евгений Мороков - Отчаянный марафон

Она поправляла прическу, к которой еще не привыкла. Каре шло не всем девушкам, поэтому страх являлся оправданным. Каштановые волосы бегали по оголенным плечам, делая пробежку из стороны в сторону. Ираклий сделал несколько комплиментов в ее адрес, а я промолчал, чувствуя некую неловкость. Комплименты всегда давались мне с трудом, поэтому в большинстве случаев приходилось молчать. Комплимент — это акт восхищения чем-либо. Восхищаться одним значит заставить меркнуть другое. Она приподняла бровь, сомкнула губы в знак театрального разочарования и посмотрела на меня холодными глазами цвета горных озер в середине зимы.

— Этого месяца. Ему иногда придется оставаться у тебя. Со следующего месяца он полностью переходит на другой объект.

— Да, конечно. Никаких проблем. Думаю, мы найдем общий язык.

— Ага. Вы только не спейтесь там вместе.

Через минут десять подошел Вова. Я видел его второй раз в жизни и немного волновался при передаче денег взамен на ключи. Мы предложили ему пива, он не отказался, уселся на один из стульев, открыл банку и не спеша похлебывал ее.

Мой новый сосед рассказывал истории из жизни человека, работающего на одной из сотен скучных работ. Они оставались абсолютно неинтересными, ибо сфера его деятельности никоим образом не касалась нас, да и людей, обитающих в его голове, мы никогда не встречали. Все делали вид, словно внимательно его слушают, а я пытался дозвониться до ребят, чтобы узнать, когда они явятся. Спустя двадцать минут подъехали Миша с Настей. Оставались только Саша и Кирилл, их мы не стали дожидаться, а отправились на квартиру.

Я тащил чемодан, ребята — пакеты с алкоголем и едой. Дорога оказалась недолгой, правда, немного затруднительной. Ветер кусал оголенные кисти рук, я постоянно менял руку в надежде отогреть замерзшие пальцы в карманах худенького пальто. На середине пути оторвалась ручка проклятого чемодана, мне пришлось волочить его через сугробы, постоянно поднимая с земли, как убитое животное, которое не хочется оставлять на дороге. Мы прошли безвкусный фонтан, стоявший посреди детской площадки, заваленный мусором и снегом. Летом, возможно, он выглядит иначе, доставляя удовольствие местным жителям, но сейчас он наводил тоску.

Мы подошли к подъезду, Вова сказал пароль от домофона, затем открыл дверь и направился к лифту. Старый дом ударил кислым запахом пропавших овощей прямо в лицо. Этому зданию больше пятидесяти лет, как и жильцам, стоявшим около подъезда. Люди уже давно смирились с этой вонью, став ее частью. Кабинка лифта размещала в себе четырех человек, оставшимся двум пришлось ожидать следующего захода.

Кухня всегда становилась эпицентром любой вечеринки, как и в этот вечер. Квадратная комнатка три на четыре вмещала в себя шесть человек, готовая в любой момент поместить сюда еще нескольких людей. Вика достала кастрюлю, вспорола тетрапаки, пользуясь техникой хирургической точности, и наполнила металлическую посудину красным вином. Вова сидел у окна на деревянном стуле, распивая вторую банку пива. Миша с Настей разместились на твердом уголке. Я и Ираклий стояли, облокотившись на стиральную машину, размещенную у прохода. Всякий давал советы по приготовлению глинтвейна. Оказывается, здесь находились лучшие повара и бармены.

Я открыл холодильник в поисках недавно закинутой в морозилку бутылки водки. Внутри царил мрак: куча открытых майонезов, старая морщинистая картошка, остатки еды, пятна от соусов. Схватив бутылку, закрыл это треклятое место. Обернувшись, увидел красно-зеленые полки, в шахматном порядке, глядевшие на меня. Угадать бы, в каком шкафу рюмки. Вова дал наводку, четыре рюмки полетели в раковину. Им срочно нужна дезинфекция, а мне срочно надо купить резиновые перчатки. На стол опустились четыре рюмки, как бетонные плиты опускаются на фундамент под воздействием крана. Ножки стеклянного стола вызывают опасения, их неустойчивость может привести нас сегодня к краху.

После двух заходов Миша начал раздеваться, снял серую толстовку с вышитыми ласточками на плечах, оставшись в белой футболке с персонажем из «Симпсонов». Вика с Настей распивали «Лыхны» в ожидании глинтвейна. В бой пошла музыка, она оккупировала каждый сантиметр кухни, давая вздохнуть многим с облегчением, ведь общение еще не шло. Мне позвонил Кирилл.

— Макс, мы будем через час. Вы там как? — Я вышел в коридор, чтобы лучше слышать его.

— Хорошо. Мы прекрасно, пьем за тебя.