Любовь Тильман - Книга Прощания

Я тебе не изменяла,

Разве в праздник иногда,

Когда ты, сойдя с причала,

Испарялся как вода.

Пьёшь, гуляешь ты безбожно,

Только спишь, придя домой.

Изменить тому лишь можно,

С кем живёшь, мой дорогой.

Летом в море, а зимою

То рыбалка, то кабак…

Если ты не жил со мною,

Изменять могла я как?!

Они бежали стайкой. Да нет! Какой Таиланд?!

Ни с тайкой, и ни с тайцем, а как один отряд.

Как волки бродят стаями, но только детвора,

И постепенно стаяли, во тьме, в конце двора.

Сухим и жарким было лето.

Светился золотом бурчак.

И пили мы, сперва за это,

Потом за то и просто так.

И, долго сидя у потока,

Муж, как бурчак, и сам бурчал,

Что много рыбы – это плохо,

Когда крючки с собой не взял.

Не взирая на погоду,

Ходит наш сосед по воду,

Ведёт лошадь в поводу

По такому поводу,

Два бидона тащит в дом…

Мы из крана воду пьём.

А ему вода вкусней

Из оврага, где ручей,

Потому, что он ничей.

Над рекой склоняются берёзы.

Под мостами рыбы, как в садке!

Муж слова роняет, словно слёзы,

Или волчий вой в ночной тоске.

Рыба – вот! Никто не охраняет!

До полуметровой от малька!

Кинешь ей спорыш и тот съедает,

Но ни лески нет и ни крючка.

Он в соседний город, нет предела,

Накупил крючков и поплавков…

Эх, поймал бы, только что с ней делать

В номерах гостиничных домов?!

Кто-то носит с собой флягу,

Кто-то мягкую бумагу.

Кто-то ищет, что попить,

Ну а кто-то – где отлить.

На виду вода и пиво,

Ряд коктейлей, горделиво,

На разлив бурчак, все вина…

Это – плюс одна причина,

Чтоб с усердством детектива,

Отыскать места для слива.

Что за пыль вокруг клубится?!

Муж через весь город мчится,

Как дымящая ракета,

До родного туалета.

Унитазы всюду есть,

Но не пробуй там присесть.

Хоть на вид они и чисты,

Нелегалы да туристы,

Разные места и страны….

Муравьи и тараканы,

Мухи носят там заразу…

Хоть её не видно глазу.

Мы наследуем, как дети,

У природы всё на свете,

Проходя огромный путь,

Из всего вбирая суть,

Из растений, птиц, зверей,

Насекомых и камней,

Разных вод, болот, вулканов,

Земноводных, рыб, туманов,

Радуг, солнца, миражей,

Змей и прочих типажей.

Думаете это шутка?!

Если есть у вас минутка,

Наблюдайте за толпой,

В каждом микст заложен свой.

Всё отнюдь не беспричинно.

И вышагивают чинно

Люди-цапли, люди-кони,

Люди-ослики в попоне,

Люди – тигры и гориллы,

Тараканы, крокодилы,

Сони, бабочки, кроты…

В недрах этой суеты

Вмиг отметит острый глаз

Всё, что окружает нас.

Но не стоит горевать,

Ведь себя не опознать,

Хоть мужчины, а хоть дамы,

Для себя самих всегда мы

Как закрытая тетрадь.

Дымятся трубы. Девочка и пёс.

Хамсин голубизну небес занёс.

Вы улыбаетесь – прекрасные такие,

Счастливые и очень молодые.

Не снимок, а картинка милых дней,

Конечно же любой украсит топик.

Чего-то только не хватает в ней,

И хочется спросить: А где же Тобик?! [2]

Накрыла город влажная жара,

Пот катится, словно в ручье водица,

Сказали бы: «Течёт, как из ведра»,

Но нет ведра, чтоб в этом убедиться.

Мы шли след в след по следу Следа,

Где в каждой серии победа:

Раскрыт убийства сложный план,

Пойдёт в тюрьму преступный клан,

Убрав свидетелей жестоко.

Мать прозябает одиноко,

Похоронив родную дочь.

Преступник, яд чтоб истолочь,

Использовал на кухне ступку

И отравился ни на шутку.

Убит заезжий резидент

И ждёт убийцу наказанье.

И пару строчек в назиданье.

Что ни сюжет – то хеппи энд.

Неясно только – для кого

Счастливым нам считать его?

Мы б столько лет смотреть не стали,

Когда б актёры не играли

Так натурально, словно впрямь,

Свою жизнь проживают там.

Два пишем, три на ум пошло, Попробуй прочитать… Читают – семь с ума сошло,

А с ним и шесть и пять. Ведь каждый ум хранит своё,

Как старая тетрадь,

Сквозь то, что вписано в неё,

Привыкли мы читать. Ты, хоть убейся, говори,

Что было там не семь, а три.Тебе сумеют доказать,

Что было там и шесть, и пять,

И восемь, и конечно семь,

А тройки не было совсем.

Я сегодня не тусил,

Потому, что нету сил.

В телефон твержу я всем: