Любовь Тильман - Книга Прощания

Смешно… смеюсь… А что мне?! Жизнь кончается

И нет большой надежды на астрал.

Хоть у устья жизни речка

И отпели соловьи,

Тают годы, словно свечка,

Каплями роняя дни,

Вязнут чувства, застывают,

Как древесная смола,

В сердце бьют и не смолкают,

Юности колокола.

Пусть ещё хоть раз приснится,

Что горю я и лечу!

Жизнь – неверная сестрица,

Но её за всё прощу…

Всё хорошо. Для грусти нет причин.

Другие времена. Других событий даты.

Мы были молоды, давным-давно когда-то,

Тогда бродил в крови адреналин.

Ах, сколько было пройдено дорог,

Всё было в новь, свежо, необычайно…

И если расшибались, так случайно,

Но свет надежд убить никто не мог.

Мы верили и, вопреки всему,

Максимализмом искренне гордились.

И Души в нас ничуть не изменились,

Но мы не делим больше свет и тьму,

Приняв, что мир отнюдь не идеален,

Добро и зло в одном флаконе в нём,

И хоть он майя, чувственный фантом,

Но сей мираж для нас вполне реален.

Всё хорошо и смысла нет грустить.

Жизнь тихо, незаметно, пролетела,

Умчалась в ночь и пыль почти осела,

И ни к чему шептать нам: может быть…

Здесь не остаться!

Там не родиться!

Смешно бояться!

Смешней стремиться!

Неоднозначен возраст дат.

Ты была старше многократ,

Потом вдвойне, потом на треть…

Теперь, когда под дверью смерть,

И каждый день – как пуля в лёт,

Девятка лет уже не в счёт.

Какой была… какой я стану,

Кому какое право дело?!

Жила, живу и перестану,

Дойдя какого-то предела.

И всё, что было, есть и будет,

Слетит за мною в забытьё,

И напрочь время позабудет

Существование моё.

Вот разве где-то сохранится,

На миг продолжив Духа Путь,

Чуть пожелтевшая страница,

И улыбнёт кого-нибудь.

Всё как обычно: дней стремнина,

Потоки разноликих дел,

Текучки вечная трясина,

Завал всего, что не успел,

Наивно отложив до срока,

И радость жизни и беда…

Всё в миг один, по воле рока,

Вдруг оборвётся в никуда.

От страха вздрогну у причала,

Не преступив границы дня…

И новый цикл начнёт с начала

Уже природа без меня.

Развеюсь бликом сновидений,

Сознанье опрокинет мгла…

Уйдут со мною, словно тени,

Все мои важные дела.

Вопреки настроенью и Души мятежу,

Опаду средь листочков и почек.

Но покуда жива, я ещё пошуршу

Энергетикой тающих строчек.

Жизнь всё глуше и скучней,

Но зачем сдаваться?!

Надо, словно меж камней,

До конца абзаца.

Наблюдать полёты птиц,

Мигом наслаждаясь,

За незримости границ

Выйти не пытаясь.

Нет значенья: сколько нам,

Сколько там осталось…

Пляж ли, топь по берегам…

Одолеть усталость,

По волнам катящих дней,

Править жизнь к мечте своей,

С курса не сбиваясь,

Всех любимых взяв на борт,

Будних дней оставив порт,

С ветром слов играясь,

К непроявленным стихам.

Рифмы курят фимиам,

Таинством наитий…

Водопадами речей,

Бражек всех сортов хмельней,

Магия открытий.

Всё, во всём, всему подчинено,

Взвешено, подсчитано, отмеряно.

Губит мир наш каждое звено,

Что изъято нами иль потеряно.

Хоть и сложно – можно всё понять,

Но исправить что-то нереально…

И чудно на зеркала пенять,

Как бы это ни было печально.

Что случалось в отошедших днях…

Кто и как губил Земли покровы…

Мы сегодня(!) обращаем в прах

Сосуществования основы!

Думать о теперешних делах,

Будущего в них решать проблемы

Чуть сложней, чем обвинять: Не так

Вы решали прошлого дилеммы!

Каждая строка, страница – странница,

В путь, по интернету плыть отправится,

Может хоть кому-то, да понравится,

Или пропадёт, словно изгнанница.

Ночь уходит, растворяя подсознания фантомы,

За стеклом бледнеет ветка, поредел фонарный свет,

Щебет одинокой птицы вырывает из истомы,

Хоровое птичье пенье какофонией вослед.

Мысли бьются словно в клетке. Обрываю песен строки.

Жалко если потеряю, но пора хоть час поспать,

Ведь моё ночное бденье превзошло давно все сроки,

Почему-то ночью легче мне и думать, и писать.

День наполнен голосами, неурядицами, бытом,

Телефонною рекламой… всем, что жизнью мы зовём.

Но в окне, чтоб сохли стены, круглосуточно открытом,

Ночью тени от движений тех же образов, что днём.