Даниэла Стил - Зов предков [litres]

И, опустившись на колени у окна, Вачиви стала молиться Великому Духу, чтобы Тристан благополучно добрался до Парижа и, главное, чтобы он поскорее вернулся. Ей очень хотелось этого.

БРИДЖИТ

Самолет в Париж вылетел из аэропорта Кеннеди в пятницу вечером, перед полуночью, и Бриджит, глядя в иллюминатор, попыталась решить, что она будет делать во Франции. Ей хотелось поскорее попасть в Бретань, но разумнее было начать с Национальной парижской библиотеки. Эта задача не казалась ей сложной. Бриджит не сомневалась, что как только она освоит французскую архивную систему, ей достаточно будет заказать все документы, касающиеся маркиза де Маржерака, и посмотреть, не найдется ли среди них что-нибудь новое и интересное. О том, что он был мужем Вачиви, она уже знала, но ей хотелось раскопать как можно больше подробностей об их жизни. А как только она соберет все эти данные, тогда она сядет на поезд и отправится в Бретань.

Последние полторы недели Бриджит потратила на то, чтобы восстановить свой французский. В колледже она знала язык вполне прилично и даже писала на французском неплохие эссе. Куда хуже дело обстояло с разговорной практикой – вот уже шестнадцать лет Бриджит не пользовалась французским и не могла произнести правильно ни одного слова, ни одной развернутой фразы. Учебные пленки, которые она старательно слушала все эти дни, помогли ей лишь отчасти. Когда стюардесса обратилась к ней по-французски, Бриджит ее поняла, но ответить так и не сумела. Оставалось только надеяться, что в Национальной библиотеке, куда Бриджит собиралась отправиться уже в понедельник, кто-нибудь говорит по-английски.

Еще из дома Бриджит забронировала номер в небольшом отеле на Левом берегу, который порекомендовал ей кто-то из сотрудников приемной комиссии еще два года тому назад. Когда-то они с Тедом мечтали побывать в Париже, да так и не собрались. Собственно говоря, они вообще никуда не ездили вместе – только однажды побывали в Большом каньоне, да еще раз – на художественной выставке-ярмарке в Майами. И вот теперь Бриджит летит в Париж одна, а Тед начинает свои раскопки в Египте. Жизнь развела их – отныне каждому было суждено идти своим путем, но если Тед насчет своего выбора не сомневался, то она по-прежнему не знала, куда приведет ее судьба. Впрочем, сильных переживаний из-за своего одиночества Бриджит не испытывала. Пожалуй, было даже лучше, что она отправилась в Париж без спутника.

Когда на следующее утро самолет приземлился в Париже, там стояла отличная погода. Правда, в воздухе еще ощущалось дыхание минувшей зимы, но солнце светило уже по-весеннему ярко, и Бриджит почувствовала себя бодрой и готовой к действиям. Кроме того, когда она села в такси, ей удалось объяснить водителю – по-французски! – куда надо ехать, и это тоже придало ей уверенности. Для Бриджит это была маленькая, но важная победа. Из Штатов она не выезжала так долго, что срок ее загранпаспорта истек и пришлось оформлять новый, однако сейчас она не чувствовала себя ни растерянной, ни подавленной. Напротив, голова у нее слегка кружилась от волнения и восторга, а сердце стучало часто-часто, словно в предвкушении новых, удивительных открытий, которые ей предстоит сделать в этом городе.

Маршрут, который выбирал водитель, тоже принес ей немало положительных эмоций. Сначала он будто специально провез Бриджит по Елисейским полям, мимо Триумфальной арки, потом – по площади Конкорд, запруженной японскими невестами-туристками в свадебных платьях. Промелькнула за окном Сена, и вот уже такси катит по узким улочкам Левого берега. Еще несколько минут, и машина остановилась у дверей отеля.

Отель действительно был небольшим, но очень уютным и чистым. Таким же – крошечным и аккуратным – оказался и ее номер, а выглянув в окно, Бриджит увидела расположенные на той же улице бистро, аптеку и прачечную, словом – все, что ей могло понадобиться.

Оставив в номере свой чемодан (она уже зарегистрировалась, и – ура! – снова на французском), Бриджит вышла из гостиницы и, сев за столик в угловом кафе, заказала завтрак или, точнее, ланч, поскольку время близилось к обеду. Пока все складывалось удачно, и она чувствовала себя хозяйкой собственной судьбы. Ожидая, пока принесут ее заказ, Бриджит рассматривала людей вокруг – целующихся молодых людей или проносящиеся по улице парочки на мотоциклах или мопедах. Похоже, Париж действительно был городом влюбленных, как его часто называли, но, несмотря на это, Бриджит не чувствовала себя здесь одиноко. Она была увлечена тем делом, ради которого сюда приехала, и собственные горести и невзгоды отодвинулись для нее на второй план. Единственное, о чем сейчас думала Бриджит, – это о том, чтобы скорее настал понедельник и она могла отправиться в библиотеку, чтобы рыться в архивах в поисках нужных сведений. Хорошо было бы также найти кого-то, кто знал английский и мог бы ей помочь. Если же такой человек не отыщется, ей придется полагаться на свой хромающий на обе ноги французский, который годился, как она хорошо понимала, лишь на то, чтобы объясняться с таксистами и гостиничной обслугой, но вряд ли подходил для обсуждения серьезных вопросов. Несмотря на это, Бриджит нисколько не волновалась. Я все делаю правильно, твердила она себе. А если встретятся трудности – разберемся.